Фаршированная голова

Блоги → Фаршированная голова

Пять лет прокарельствовал в Карелии Александр Петрович Х. И чуть ли не все это время велись пересуды, что не сегодня-завтра налетят вихри, задрожит земля, заклубится пыль на столбовой дороге, и унесет от нас Александра Петровича туда, откуда принесло его. Однако ж пересуды сии оставались лишь пересудами, никуда не девался Петрович, и вот, кажется, свершилось.

Я его запомнил с того момента, когда кижские островитяне противились приходу на остров предыдущего губернатора. Веселого, усатого лиса назначили тогда в курятник сей директором, народ вздрогнул, как Помпея, и Александр Петрович тогда тихонечко стоял меж народом и директором, молчал да конфузился. Так, по крайней мере, это смотрелось по телевизору. Чувствовалось, что неловко человеку. Не уютно. И представить даже тогда не получалось, что войдет он в историю земли карельской не как скромный дедушка, а как рыцарь с мечом карающим. Буквально как Ричард Львиное Сердце, несущий заблудшим сарацинам свет святой единороссовой веры.

Неспокойна до него была земля карельская. Гуляли по ней лихие разбойнички, смутьяны разные, банды поповские да злыдни девлетхановские. Людишек своих всюду пропихивали, ладью раскачивали и царя не почитали. Дошло до того, что над всей карельской столицею власть захватили, девку зловредную градоначальницей поставили и над вертикалью святой глумление учинили. Прошляпил Петрович тот момент, не уследил, недоглядел, за что в Москве батогами фигуральными бит был и на горох голыми пятками, образно говоря, ставлен. Предание гласит, что прям тогда в хоромах царских лично первый государев конюх дал Петровичу последний шанс. Скверну искоренить, крамолу выжечь, девку зловредную из терема изгнать и штиль полный на вверенной ему жилплощади учинить. А чтобы знал, что с ним будет, ежели не справится, предыдущего губернатора у него на глазах в кандалы заковали и прямо из Кижей в казематы кинули. Без единого, так сказать, гвоздя.

А дальше все помнят. Начали разбойников хватать да сажать. То председателя городской думки на дыбу подвесят, то двух женщин пугнут, то шесть мужчин накажут, то еще двух женщин. Одного главаря схватили, другой, анафема, меж пальцев за границу утек. Зачистили, в общем, картофельное поле. В смысле, политическое. А чтобы Александр Петрович не расслаблялся, про него на самом Первом канале на всю страну рассказали. Дескать, уникальный он человек. Хуже всех в отечестве расселяет людей из аварийного жилья. И денег ему дали мешок, а он все равно не смог. Уникум. Мастер. И снова привезли в Москву на экзекуцию. Там, согласно старинным летописям, ему государь в кимоно на татами лично грамоту с выговором выдал, трижды болевой прием провел, на лопатки положил и добрым словом напутствовал. Это чтобы к выборам хорошо подготовился. Чтобы не прошляпил опять кого-нибудь. А то мало ли.

И он подготовился. Без сучка и задоринки все исполнил. Вера единоросская по земле карельской, как и по всей Руси-матушке, теплым киселем разлилась. Вертикаль воцарилась во всей знатности своей, величавая, как Останкинская телебашня, ровная, как фонарный столб, и крепкая, как золотое яичко. Всяк стал подчинен верховному главнокомандующему, никто не ропщет, а скромно и старательно работает на укрепление трона царского во благо процветания государя, друзей его, жен их и детушек.

Параллельно с этим Александр Петрович, конечно же, делал и еще что-то. Например, насадил в Олонце газ, купил квартиру на берегу озера, забил пенальти команде университета в мини-футбольной баталии, дал интервью сайту «Столица», расформировал и сформировал правительство — в общем, работал. Какие-то лживые СМИ писали, что у него самый низкий рейтинг среди всех губернаторов России. Какие-то подлые люди собирали подписи за его отставку. Некоторые негодяи выходили на митинги. Но это все мелочи.

Одним словом, как говорится, мавр сделал свое дело, мавр молодец. На смену ему из высоких московских хором пришлют нового. Красивого. Похожего на артиста Костолевского. Как там у Салтыкова-Щедрина? У одного городничего была фаршированная голова, у другого вместо головы был органчик, третий насаждал горчицу, в связи с чем палил из пушек, ибо глуповцы сопротивлялись, а четвертый норовил пустить реки вспять и говорил, что вслед за ним придет некто, кто будет еще хуже, чем он. И некто пришел. За точность не ручаюсь, но как-то так было у Салтыкова-Щедрина.

Впрочем, какая разница? У нас же все будет совершенно по-другому.

Новости наших партнеров

Загрузка...

Реклама







Ещё интересное

Правописание уведомления вебмастера