Столица

«Была мысль: лучше бы она меня загрызла» . Пострадавший от нападения медведицы требует 3 миллиона

В Петрозаводском городском суде началось рассмотрение иска петрозаводчанина Дмитрия Сенькина к зоокомплексу «Три медведя», на территории которого два года назад мужчина едва не стал жертвой медведицы. В качестве компенсации морального вреда Дмитрий хочет три миллиона рублей, но директору зоопарка кажется, что эта сумма несколько преувеличена — примерно в 20 раз.

31-летний Дмитрий Сенькин и его бывшая супруга Руслана заметно волнуются: видно, что даже спустя два года вспоминать события того дня им непросто. На голове у Дмитрия практически нет волос, сплошные шрамы: медведь выгрыз мужчине всю кожу на голове.

2

1
Напомним, что произошло все в июле 2013 года. Тогда Дмитрий Сенькин с 6-летним сыном и другом, который взял с собой дочь, отправились показать детям известный в республике зоокомплекс «Три медведя», расположенный в сосновом бору на берегу озеро Сямозеро. По приезде они дождались своей очереди на экскурсовода и отправились знакомиться с животными.
До того, как подойти к клетке большой медведицы Даши, Дмитрий с товарищем и детьми наблюдали за тем, как ведут на прогулку медвежат. Когда животные начали удаляться, компания поднялась к Даше на смотровую площадку.

— Медведица через щели изгороди смотрела на этих медвежат и была очень сильно обеспокоена, — вспоминает Дмитрий. – Когда медвежата исчезли из ее вида, она беспокойно начала смотреть на нас. Экскурсовод нам сказала: «Отойдите немного от края. Она может прыгнуть». Мы отодвинулись, но она разбежалась и прыгнула так, что у нее лапы оказались на краю забора. Она зацепилась за него и начала подниматься.
Дмитрий отодвинул людей, которые стояли рядом, и вместе с сыном тоже начал потихоньку отодвигаться от зверя. Говорит: понимал, что сейчас она вылезет.

— Я схватил своего ребенка и начал спускаться по лестницы вниз, — говорит мужчина. – Было осознание, что от медведя не убежать, он очень быстро бегает. И от него так просто не отбиться. Поэтому я спустился вниз и отбежал в сторону. Обернулся только для того, чтобы понять, где медведь. Но когда я повернулся, она уже спустилась по ступенькам и направилась в нашу сторону.

А дальше начался кошмар.

— Я понимал, что у меня нет возможности убежать от нее или спрятаться, — вспоминает истец. – Ребенка я успел спрятать за себя, но медведица все равно зацепила его лапой по ноге. Потом я сына откинул, крикнул ему, чтобы он убегал. Меня самого повалила медведица и начала кусать. Сначала кусала за спину. Когда я перевернулся, чтобы посмотреть, как там мой сын, она меня укусила на живот. Я знаю, что медведи в первую очередь съедают лицо, поэтому я снова перевернулся, пытаясь закрыться.
Дмитрий говорит, что кричал, прося о помощи, но минут десять никого не было. Ему никто не помогал.

— В какой-то момент она начала кусать меня за голову, сдирать скальп, — вспоминает мужчина. – А когда подобралась к шее, мне оставалось единственное: попытаться удержать какое-то количество кожи на своей голове, чтобы она мне не выгрызла все. Я пихал ей руки в челюсть, пытался что-то держать, но, само собой, это было бесполезно. Страх был большой. И в какие-то моменты я хотел умереть. Была мысль: лучше бы она меня загрызла, чем лежать там и мучиться от боли.

Аптечка

Помощь, по словам Дмитрия Сенькина, подоспела к нему только минут через 10-15. Подбежали какие-то два человека и начали палками отгонять медведя.

— Это не помогало. И, если честно, стало все только хуже, — говорит истец. – Медведь от меня отходил, а потом возвращался с еще большей яростью. Еще сильнее начинал кусать и рвать.

Чуть позже на медведицу спустили собак, но и они не сразу смогли отогнать разъяренного зверя от посетителя. Когда же это удалось сделать, Дмитрия попросили вновь взобраться на смотровую площадку.

— Я был в панике: где сын? Но экскурсовод мне сказала, что он в безопасности, — вспоминает Дмитрий Сенькин. – Потом нам сказали спускаться и бежать в сторону домика. Мы спустились и все побежали. Я бежать не мог. Была большая потеря крови, поэтому я, скорее, болтался.

Когда Дмитрий увидел сына, понял, что ему тоже досталось: у мальчика была окровавлена нога. У него самого кровь текла из живота, со спины, с головы. При этом воспользоваться аптечкой зоокомплекса у него не получилось, так как в ней практически ничего не было. «Скорая» приехала примерно через полчаса.

— Все это время я находился в плавающем от боли и ужаса состоянии, — говорит Дмитрий.
Его медики увезли в БСМП, а сына товарищ Сенькина доставил в Детскую республиканскую больницу, где мальчик провел две недели. Сам Дмитрий лежал в больнице около месяца. Он перенес три операции. Одну – по зашиваю ран на голове, еще две – по пересадке кожи с ног и рук на голову.

dmitr2-550x349

— Врачи сказали, что кожа сама не вырастет, — пояснил мужчина.
Почти год после случившегося Дмитрий Сенькин не работал. Три раза в день нужно было делать перевязки.

— Были постоянные загнивания, та кожа, которая на голове появилась, рвалась, — говорит истец. – Я лечился с большими проблемами.

cqgwbrOxATk

С сыном Дмитрия сейчас все хорошо. Мать ребенка говорит, что в разговорах он никогда не вспоминает этот случай, но начал бояться животных и во всех рисунках и поделках теперь изображает медведей.

Нападали и раньше

Зоокомплекс «Три медведя» представлял его директор Попов Василий Борисович.
— Исковое требование я признаю, — сразу же заявил мужчина. – Меня не удовлетворяет только сумма иска.

Через несколько дней после случившегося Василий Борисович приходил к Сенькину в больницу.

— Он извинился за произошедшее и сказал, что если мне что-то будет нужно, чтобы я не стеснялся, спрашивал, — вспоминает Дмитрий. – Но в тот момент я отказался от какой-либо помощи. Если бы человек хотел что-то сделать для меня, он бы не предлагал звонить. Он бы что-то делал. А он мне только предложил золотую карту своего заведения. Но как бы я туда снова поехал, если я там чуть было не помер?

— Для меня делом чести было принести извинения. И принести их публично, — пояснил директор зоокомплекса. – И сейчас я вновь это делаю. Я прошу прощения за то, что произошло. Естественно, в этом виноват только я и никто другой. Что-то недостаточно предусмотрел. Хотя всего и не предвидишь. Сегодня во всем мире происходят подобные ситуации, и гораздо страшнее.

Василий Борисович уверяет: не драл медведь Сенькина 10-15 минут, вся ситуация длилась ровно 9 минут.

— Я прибежал сразу, как только мне сообщили, — говорит ответчик. – Медведя отбивали палками, потому что это был единственный способ отбить. Когда стало понятно, что это невозможно, были выпущены собаки. Медведица, естественно, оставила свою жертву и начала метаться по комплексу. Понятно было, что сделать уже ничего нельзя и нужно изолировать зверя. Я побежал в дом, вскрыл сейф, достал оружие, и медведица была остановлена путем обездвиживания.

Василий Борисович сказал, что нападения медведей на людей бывали в его зоокомплексе и раньше.

— Эти оба случая были исследованы, и оба раза работника были в нетрезвом состоянии. Сами зашли, а один вообще ночью, в одиннадцать часов, да еще взял с собой ребенка. Хорошо, Господь помог, мы избежали более серьезного случая, — пояснил Попов. Последний случай нападения медведя на человека был, по словам Василия Борисовича, буквально за два дня до истории с Дмитрием и его сыном.
То, что Даша напала на посетителей зоокомплекса, директор не склонен связывать с выгулом медвежат. Ему кажется, что ее поведение спровоцировал кто-то из туристов. Из тех, кто после побоялся прийти на помощь.

— Там были люди, и даже были друзья Дмитрия, — заметил на суде Василий Попов. – В момент, когда медведица рвала Дмитрия, их уже не было на площадке. Они, естественно, пустились в бегство. Но если бы сразу, оперативно были приняты меры… Если у меня на глазах будут рвать моего друга… Пока сердце бьется, я не смогу поступить иначе. Я понимаю, что не все сильные, но ошибок было много. Если бы не было ошибок, не было бы этой трагедии.

Ошибку, по словам ответчика, совершили и те, кто просто волею случая находились рядом: они должны были не бежать, а попытаться заставить Дашу остаться в вольере с помощью, например, хлопка в ладоши. Ошиблась и экскурсовод, которая, мало того что оказалась без рации, так еще и не предприняла никаких действий, чтобы спасти Дмитрия.

Готов решить миром

— Даша – это мое сердце. На нее было потрачено пол моей жизни, — сказал Василий Борисович и рассказ суду о странном, почти мистическом совпадении.
Оказывается, Дашу долгое время курировала профессор Ольга Цапиева. Она тяжело болела. Последний раз она видела медведицу за месяц до произошедшего. И тогда она попросила: «Только не убивай Дашу. Я ее у тебя выкуплю». Через несколько дней после смерти животного Василий Борисович решил сообщить об этом профессору. Но оказалось, что женщины уже нет в живых. Она умерла тогда же, когда и Даша.

Директор зоокомплекса напомнил суду, что после случившегося его посетили все возможные проверяющие органы, что было возбуждено уголовное дело и что никто никаких особенных нарушений у него не нашел. Следственные органы пришли к выводу, что нет факта преступления.

— Это на самом деле так, — говорит Василий Борисович. – По-другому и быть не могло. Были только незначительные замечания прокуратуры, которые я устранил в течение двух-трех дней.

— К суду я был, конечно, не готов, — признался ответчик. – Я всегда был готов и сейчас готов решить этот вопрос миром. Я изначально готов был компенсировать. Но, естественно, в рамках разумного.

Разумной в данном случае Василию Борисовичу кажется сумма в 150 тысяч рублей. Директор пояснил, что зоокомплекс прибыли не приносит: выручаемых от продажи билетов денег едва хватает на содержание зверей. Однако он готов сам возместить ущерб, даже если ему для этого придется взять кредит. Потерпевшие остались в шоке от предложенной суммы.

— Мы ездили в Питер, узнавали про операции. Так вот, операция, которая хоть как-то может привести его голову в порядок, стоит не менее двух миллионов рублей, — говорит супруга Дмитрия Сенькина.

Илона Радкевич

Наверх
Change privacy settings
Главные новости в нашем Telegram