Семья погибшей в БСМП женщины спустя два года доказала вину врачей
Столица

Семья погибшей в БСМП женщины спустя два года доказала вину врачей

Эта страшная и неожиданная для всех ее невольных участников история случилась два года назад. 36-летняя петрозаводчанка Юлия Коробейникова, беременная своим вторым ребенком, внезапно почувствовала себя плохо. Острые боли в животе нарастали и нарастали – мужу Юли пришлось срочно везти ее в БСМП. С этого-то момента и началась черная полоса в жизни Юлиной семьи, которая эти два года доказывала, что их Юленька умерла по вине врачей. Да, Юля умерла – в адских муках. И да – доказать вину медперсонала у Юлиных родственников всё-таки получилось.

Хотя изначально казалось, это будет невозможно. Экспертиза, назначенная после смерти Юли, не доказала причинно-следственной связи между действиями врачей и наступлением смерти. Убитые горем родственники обратились за юридической помощью, и адвокат Елена Шаланина помогла семье организовать повторную экспертизу в Первом медицинском университете им. акад. Павлова, чтобы семья Юли смогла подать в суд на взыскание морального вреда. Спустя восемь месяцев, пока длилось исследование, они получили-таки ответ: Юля действительно могла бы остаться жива. Однако обо всем по порядку.

«Помогите, мне очень плохо!»

3 августа 2015 года Юлия почувствовала острые боли в животе, которые сопровождались отсутствием стула. Женщина на тот момент была на 11-й неделе беременности, но проблем – даже привычного токсикоза – у нее не было. Несколько дней боли нарастали и нарастали, поэтому 9 августа муж отвез ее в БСМП, где ей при поступлении в хирургическое отделение диагностировали острый панкреатит. Несмотря на назначенное лечение, боли у Юли не прекращались. Обеспокоенным родственникам врачи отвечали: не соблюдала диету, вот и чувствует себя плохо. Семья Юли врачей тогда послушала, хотя и удивилась: Юля всю жизнь питалась правильно, острого с жареным не ела. Да и «диеты» ей никто не назначал.

При поступлении Юлю осмотрел гинеколог. Плоду ничего не угрожало. Однако уже через двое суток Юлю, бледную и испуганную, повезли в гинекологическое отделение родильного дома имени Гуткина, где беременность прервали. «Выскоблили» ее практически наживую, под местным наркозом. В карте указали, что прерывание беременности Юле пришлось делать на фоне «самопроизвольного выкидыша». Через несколько дней Юлю в очередной, уже третий, раз привезли в гинекологическое отделение.

— Врачи стационара были просто шокированы тем, в каком состоянии ее привезли, — вспоминает сестра Юли, Надежда. – Мы ее буквально волокли на руках. Уже тогда у нее была диагностирована брадикардия, то есть уменьшение сокращений сердца. Двое суток она днем и ночью мучилась от боли, говорила об этом врачам, но те ее будто не слышали. Диагноз оставался прежним — «панкреатит». Хотя очевидно, что назначенное лечение ей не помогало.

Родственники Юли стали также свидетелями некрасивой сцены. Во время обхода к Юле в палату зашли заведующая отделением Наталья Алонцева и хирург Олег Лебедев. Они произнесли пару дежурных фраз и уже было собрались уходить, как Юля упала перед ним на колени. «Помогите ради Бога, мне очень-очень-очень плохо!» – умоляла она, рыдая. Ошарашенные близкие начали поднимать Юлю с пола и просить ее успокоиться, а врачи лишь пожали плечами и вышли из палаты.

Ошибка за ошибкой

Вскоре у Юли началась рвота с примесями крови, а на третьи сутки ей сделали-таки ФГДС. Во время исследования из желудка женщины откачали 1,5 литра темно-коричневого жидкости с резким кишечным запахом.

— Даже мы, совсем не медики, понимали, что в желудке не должно находиться содержимое кишечника, — печально говорит Юлина сестра. — Но врачи ничего не объясняли ни Юле, ни нам.

Каждый уважающий себя медик при неясном диагнозе обязан выполнить хотя бы СКТ органов брюшной полости – этого никто не сделал. Юлины родственники не могли спокойно смотреть, как она мучается, и обратились в правоохранительные органы. На активность врачей это повлияло: на пятые сутки пребывания в стационаре, 13 августа, Юлию ввели в медикаментозную кому, выполнили ей диагностическую лапароскопию и обнаружили отмирание кишечника. То есть никакого панкреатита у Юли не было. Все время, пока врачи лечили женщину от мнимой болезни, у нее отмирал жизненно важный орган. Поняв это, хирурги БСМП удалили Юле 1,4 метра тонкой кишки — ничего делать больше не оставалось. Но и здесь они допустили ошибку.

Повторная экспертиза выяснит, что во время операции врачи недостаточно точно оценили площадь отмершей ткани. Удалив почти полтора метра кишки, они оставили маленький кусок мертвой ткани – и его присоединили к ткани живой. Практически моментально развился перитонит. Начался сепсис, отказали легкие, почки, печень – состояние Юли стало крайне тяжелым.

Врачи БСМП, по заявлению родных, провели консилиум со специалистами Республиканской больницы имени Баранова. Юлю перевезли в реанимацию Республиканской больницы. Но, увы, было уже слишком поздно: через несколько дней женщина, не приходя в сознание, скончалась.

Выговор за смерть

Благодаря выводам экспертизы суд встал на сторону Юлиной семьи. Хирург Лебедев и заведующая хирургическим отделением Алонцева привлечены к дисциплинарной ответственности. Проще говоря, им просто объявили выговор. БСМП не стала обжаловать решение суда – значит, вину всё-таки признали.

Измученная этими двумя годами ожидания Надежда  говорит, что признает право врача на ошибку – все мы люди. Но не понимает, как можно в течение почти двух недель всем отделением не видеть, что человек умирает.

— Если бы они слушали Юлю и слышали ее или хотя бы нас – она бы, возможно, и не погибла, — смотрит в пол женщина. – Но все в этой больнице, от медсестры до заведующей, отказывались это делать. Самое обидное и самое страшное, что предположение о сосудистой катастрофе в брюшной полости (мезентериальный тромбоз) было озвучено нашей знакомой врачом-гастроэнтерологом Ольгой Садковой уже на вторые сутки пребывания Юли в стационаре. Мы пытались добиться, чтобы Ольга Викторовна осмотрела Юлю в больнице, но врачи БСМП нам этого сделать не позволили. Получается, они упустили драгоценное время, которое и стоило моей сестре жизни. Я обещала себе и Юле, что мы не оставим виновных в ее смерти безнаказанными. Я доведу это дело до конца.

Адвокат Елена Шаланина вела это дело и тоже говорит, что их работа в этой истории не закончена. У самой Шаланиной первое высшее образование – медицинское, и поиск правды в этой трагедии – для нее дело принципа.

— Для нас было важно узнать, была ли у БСМП объективная техническая возможность провести все необходимые в данной ситуации исследования. Следствие доказало – техническое оснащение БСМП позволяло еще на начальном этапе провести полный спектр нужных исследований. Этого никто не сделал. Юлю просто недодиагностировали. Именно поэтому мы, уже после решения суда, направили обращение в Прокуратуру Карелии. Если будет нужно – направим обращение и в Генпрокуратуру России. Нужно, чтобы кто-нибудь уже разобрался, наконец, что в БСМП творится.

***

Надежда Бердиева и вся Юлина семья благодарит петрозаводчан, которые сдавали кровь для Юли и выражали искреннюю поддержку, Ольгу Викторовну Садковую, которая была с Надеждой на связи 24 часа в сутки, консультируя и поддерживая Юлиных родственников; Валентину Улич, Ерванда Хидишяна и всех неравнодушных к этой ужасно несправедливой истории.

16+

Миссия «Губернiя Daily» — быть самым интересным и необычным интернет-порталом. Сайт создан журналистами газеты «Карельская Губернiя».

Архив

© 2011-2020 Губерния Daily. При использовании информации, размещенной на сайте «Губернiя Daily», активная ссылка на материал обязательна

Наверх
Change privacy settings