Главная тема

«Если чувствуете, что задыхаетесь, ложитесь на землю». Один день в поселке Найстенъярви, где бушует страшный лесной пожар

Найстенъярви
Фото: Мария Смирнова (Губернiя Daily)

Сообщения о пожаре в поселке Найстенъярви начали поступать в середине прошлой недели. Сначала официальная сводка: пожар рядом с поселком локализован, жители эвакуированы. Потом — просьбы о помощи от местных жителей. Обрывистые и тревожные. В субботу пришло понимание, что ситуация всё хуже и хуже. Мужчины поселка спали по несколько часов, добровольно шли тушить лесные пожары, просили вертолет и технику. Мы решили самостоятельно выяснить, как обстоят дела, и в воскресенье отправились в поселок. И попали в эпицентр катастрофы.

Дым рядом с Найстенъярви был виден еще с дороги. Сам поселок — в желтом смоге. Надеваем респираторы еще в машине. Неоднократно задаем местным вопросы о том, как они спасаются от смога, носят ли маски. Все как один отвечают, что мер никаких не предпринимают. Администрация поселка и МЧС никаких разъяснений по этому поводу не дают.

Найстенъярви состоит из двух частей: железнодорожной станции и самого поселка. Между ними около километра. Больше всего переживают жители железнодорожной станции, так как огонь от них всего в километре.

В железнодорожном поселке нас встречают два местных жителя — Алексей Месникович и Павел Корвачев. Алексей общался с нашей редакцией последние несколько дней. Он уже пятый день на пожаре, как и другие добровольцы, спит очень мало. Он жалуется, что не хватает людей и техники.

пожар, Найстенъярви

Алексей и Павел показывают нам пожар с одной стороны поселка. От копоти начинает першить в горле даже через маску, слезятся глаза. Вокруг въедливый удушающий дым.

Спрашиваем про правила безопасности.

Если чувствуете, что задыхаетесь, падайте на землю, там больше кислорода, — говорят местные.

В этот момент мы наконец осознаем, куда приехали.

Нас подводят к основной «линии обороны» в километре от поселка — там сосредоточены все немногочисленные силы. Добровольцы и пожарные ходят по минерализованной полосе и проверяют, чтобы огонь не перекинулся через нее на другую сторону. Тогда в поселке станет очень опасно.

Беседуем с главным на этом участке — представителем авиалесоохраны Николаем Вакуличем. Он работает на участке с помощником. Николай рассказывает, что тушить лесные пожары надо уметь, что добровольцы не всегда делают это правильно.

Самое страшное — маленький дымок. Его практически не видно, но вот этот вот дымок может по корням пройти вот туда — и, не дай бог, не заметишь — всё! Вся работа коллектива пойдет просто насмарку, — рассказывает он. — Ребята пошли караулить: вот таким ветром раздувает, искра перелетает туда и эта сторона начинает гореть.

Николай отмечает, что в Карелии очень тяжелая обстановка с пожарами: высокие температуры, отсутствие воды. Но при этом говорит, что всё под контролем, опасности для поселка нет. Я передаю коллегам, что всё (вроде бы) в норме.

Встречаемся с местными жительницами, которые рассказывают нам о событиях последних дней. Супруга Алексея — Юлия — говорит, что ее муж вместе с Павлом первыми начал тушить пожар. А информация о первой эвакуации оказалась ложной.

Нас подняли в час ночи. Местная администрация рассказала об эвакуации. Мы отказались эвакуироваться, решили, что не бросим свои дома. Мой муж сразу же поехал на велосипеде на пожар. Говорил, что надо тушить, и просил дать людей. К нам в ту ночь приехали глава района Петров, прокурор и глава поселения Наталья Осипова. Петров спросил, сколько людей в поселке (а нас тут 70 человек живет) и отчитался, что 70 человек эвакуировалось. На самом деле в школу уехало всего несколько семей с маленькими детьми. В общей сложности 9 человек.

Юлия рассказывает, как они просили помощи в тушении пожара. Им отвечали, что «всё под контролем, не сейте панику», а пожар разгорался. В деревне дежурили две пожарные машины. Местные жители уверены, что если бы власти отреагировали сразу, то всё было бы в порядке. Но на следующий день пожар уже стал масштабным.

Юлия Месникович и Антонина Селезнева

У Антонины Селезневой в гости приехали сын и внук из Москвы. Но вместо отдыха на природе Эдик и Евгений со среды дежурили на пожаре. Женщина очень переживает за них, у внука астма.


Мы решаем съездить поговорить с главой поселения Натальей Осиповой, посмотреть, как организован эвакуационный штаб в местной школе. Мы идем в школу, где организуют питание для волонтеров и пожарных. Хотим поговорить с главой сельского поселения, но она от каких-либо бесед отказывается: «Не до комментариев». Одной из женщин на кухне звонят и говорят, что загорелся лес рядом с выездом из поселка.


Мы почему-то все еще убеждены, что масштаб проблемы преувеличен. Но на выезде из поселка видим столб огня, клубы дыма. Выехать по дороге нельзя — велик риск, что просто столкнешься с кем-то на дороге.

Начинается паника. Местный житель говорит о другом выезде из поселка, мы едем туда.

Дежурим на повороте, предлагаем свою помощь в эвакуации людей. Многие до сих пор не воспринимают угрозу всерьез и не хотят уезжать.

Наблюдаем хаос и отсутствие какой-то организованной эвакуации. Администрация, конечно, не объяснила людям, как действовать в такой ситуации. Кто-то выезжает с прицепом вещей, кто-то с домашними питомцами, а кто-то успевает взять с собой лишь сумку с документами.


К нашей машине подходит местная жительница Лида, мы отвозим ее в пункт эвакуации в школе в деревне Лахколампи неподалеку. Она живет в поселке одна. С собой — два пакета с лекарствами и документами.

Многие в эту школу не уезжают, а просто сидят на своих вещах и тюках. У людей истерика, им ничего не объясняют.

Над поселком нависла страшная туча. Одна из женщин уговаривает нас довезти ее до поселка — в доме остались два ее кота, она очень за них переживает. Убеждаем ее этого не делать и успокаиваем, что коты, скорее всего, спрятались. Но, если честно, мы сами в этом не уверены.

Коллеги сообщают, что к нам едет губернатор Артур Парфенчиков. Время — 17:00. Мы пытаемся дозвониться до пресс-секретаря губернатора, но слышим лишь короткие гудки. Позже коллеге в соцсетях отвечают, что он был в поселке еще с обеда. Странно, потому что ни в час, ни в три часа губернатора там мы не видели.

Тем временем на выезде из поселка Алексей не может сдержать слез.

Люди, выезжающие из поселка, рассказывают, что загорелись дома. Кто-то упоминает о горящем кладбище. Позже МЧС отчитывается, что горели хозяйственные постройки, дома не пострадали. К поселку тянутся машины скорой помощи, спасатели, полиция.

Всего привлечено сил и средств 94 человека и 16 единицы техники, в том числе от МЧС России, а также беспилотники для мониторинга лесопожарной обстановки. Кроме этого, для тушения задействован борт Ми-8 РСЧС. Огнеборцам удалось ликвидировать горение 5 нежилых строений. Пострадавших нет. Эвакуация людей в пункты временного размещения завершена. В двух ПВР размещены 109 человек, в т. ч. 34 ребенка, остальные жители убыли к родственникам и знакомым. Для тушения пожара прибыли дополнительные силы и средства. Всего в тушении задействованы 142 человека и 36 единиц техники, — такую официальную информацию по тушению пожара дает МЧС. 

Мы решаем, что ждать Парфенчикова смысла нет. Как-то помочь  жителям поселка мы уже тоже не можем. Уезжаем из поселка с тяжелым чувством и вопросами. Почему нельзя было направить МЧС раньше? Почему с людьми не говорили о возможной эвакуации? Почему в задымленном поселке все ходили без масок? Почему мы оказались так не подготовлены к лесным пожарам? И зачем, в конце концов, замалчивать масштаб проблемы? Борьба с огнем в поселке до сих пор продолжается. 

Яркая Карелия в нашем Instagram