Главная тема

Крики на весь подъезд: в Петрозаводске уже несколько лет инвалид заперта одна в квартире

В Петрозаводске пенсионерка заперта в квартире
Губернiя Daily/Губернiя Daily,

На улице Парфенова в доме № 3 в Петрозаводске уже много лет живет 59-летняя пенсионерка Анна Ивановна (имя изменено — прим. ред.). За последние 4 года она ни разу не вышла на улицу. Как говорят соседи, после инсульта женщина прикована к кровати и живет в квартире одна. Раз в несколько дней к ней приезжает сын. В остальное время соседи слышат из квартиры на первом этаже хрущевки крики: «Спасите! Помогите!»

На улице 30 градусов. Окна у большинства жильцов дома № 3 на улице Парфенова широко распахнуты. Квартира Анны Ивановны находится на первом этаже панельного дома. Окна тоже открыты. Из них доносятся стоны и шепот. Иногда негромкое бормотание прерывается криками.

Уходи, — кричит женщина, хотя явно в квартире находится одна. — Я тебя убью, Леша.

Когда стоишь около окна, при порывах ветра из квартиры пенсионерки резко бьет в нос стойкий запах мочи. Соседи рассказывают, что сейчас пахнет не очень сильно, обычно они не решаются сами открывать окна, потому что вонь от экскрементов проникает в их квартиры.

Вчера приезжал сын с женой, — общаются между собой Марьяна и Женя, соседки, — выносили обоссанные ковры на помойку. В подъезд потом выйти было невозможно.

Марьяна живет в соседней квартире с Анной Ивановной, Женя — в другом подъезде.

У меня комната, которая граничит с ее (Анны Ивановны — прим. ред.) квартирой пустует, — говорит Марьяна. — Планировалась детская, но из-за криков там невозможно находиться.

Женщина рассказывает, что еще 4 года назад пенсионерка выходила из квартиры и сама себя обслуживала. Однажды она упала, когда возвращалась из магазина, и просила соседей не рассказывать о произошедшем сыну.

Она нам говорила, что жила с детьми, — вспоминает Марьяна. — Но дети выросли и разменяли квартиру. Так она и оказалась в нашем подъезде.

Девушки не называют пенсионерку по имени — они его не знают. Зато знают имя сына — Роман. Они с ним познакомились накануне: просили номер телефона, чтобы передать участковому полицейскому. По ночам пенсионерка изводит весь подъезд криками. Девушки говорят, что раньше она еще по батареям стучала, но теперь перестала.

Когда приезжает сын, на следующую ночь тихо, — Марьяна отмечает, как ей кажется, странную закономерность. — Может, ей снотворное дает или другие методы воспитания использует.

Соседки стоят во дворе около подъезда, в котором квартира пенсионерки. Девушки ждут «скорую», которую вызвали для Анны Ивановны. Они беспокоятся, что с пенсионеркой могло что-то случиться.

— Подозрительно тихо, — отмечает Женя. — Уже вечер.
— Вчера же сын был, — отмечает Маша. — Но на улице такая жара. Боюсь представить, что в квартире творится.

Больше чем через час приезжает «скорая». В бригаде два человека: фельдшер и водитель. Медицинский работник звонит в дверь. Никто не открывает. Девушки подсказывают, что нужно обойти дом — там открытое окно.

— Мы не можем залезать в окно, — говорит сотрудница «скорой». Но садится в машину и вместе с водителем объезжает дом по кругу.

В открытое окно медицинский работник пытается докричаться до Анны Ивановны.

— Вам помощь нужна? С вами все в порядке? — кричит фельдшер в распахнутое окно.
— Уйди отсюда! Я тебя убью! — слышит она в ответ.

Девушки предлагают табуретку, чтобы медицинский работник посмотрела в окно. Но та принимает другое решение и возвращается обратно в машину. Там по рации сообщает, что не может попасть в квартиру и предполагает, что у пациентки галлюцинации.

Через полчаса приезжает наряд ППС. Одновременно с полицией приходит и сын. Дверь в квартиру открывается. Дверной проем завешен старым верблюжьим одеялом.

Чтобы мы не слышали криков, — предполагают соседки, смотря на засаленное полотно оделяла.

В квартиру быстро проходят правоохранители и фельдшер. Дверь закрывается. Через полчаса приезжает еще одна «скорая» — психиатрическая бригада из четырех здоровых мужиков: врача, медбратьев и водителя. Они быстро проходят в подъезд, но поднимаются на этаж выше, хотя соседки настоятельно предлагают им пройти в квартиру Анны Ивановны. Разобравшись с нумерацией, спускаются и заходят к пенсионерке. Медицинский работник первой бригады выходит.

Женщина агрессивна, — коротко отвечает на вопросы соседей. — Она не понимает, что происходит. Меня к себе не хотела допускать.

Работник «скорой» говорит, что пенсионерке нужен элементарный уход. Через 20 минут после ухода фельдшера выходит из квартиры и психиатрическая бригада. Они от комментариев отказываются. Быстро садятся в машину и уезжают. Дверь в квартиру пенсионерки закрывается на замок. За ней остаются Анна Ивановна и сын.

— Соседи — бдительные люди, — говорит сын Роман. — Кричит, бывает. И чего?!

Мужчина поясняет, что соседям благодарен и получил все рекомендации от врачей. О дальнейших своих планах рассказывать отказался.

P.S. На момент выхода материала пенсионерка по-прежнему живет одна, окна квартиры открыты, а соседи жалуются на сильный запах мочи.

Яркая Карелия в нашем Instagram