Дневники старшего брата: публикуем уникальные фронтовые записи!
В центре внимания

Дневники старшего брата: публикуем уникальные фронтовые записи!

В нашем распоряжении оказалась уникальная вещь — фронтовой дневник человека, прошедшего всю войну, — Игоря Арсениевича Каменева (1825 — 1998). Он родился в Петрозаводске. В январе 1943 года со школьной скамьи был призван в действующую армию. В семейном архиве Каменевых хранятся старый фронтовой дневник с записями боевых эпизодов и письма военных лет. 273 бумажных треугольника, помеченные штемпелем «Проверено Военной Цензурой» и с обратным адресом: полевая почта 28821. Это весточки от Игоря Каменева.

После окончания курсов в Уральском пехотном училище в звании младшего лейтенанта — командира пулеметного взвода — он участвовал в боевых действиях 3-го Украинского фронта. Освобождал Молдавию. Румынию, Болгарию. После войны окончил вечернюю школу рабочей молодежи, Ленинградский политехнический институт по специальности «гидростроительство». После работал главным инженером во время строительства гидроэлектростанции на реке Онда. Вернувшись в Петербург, занимался наукой, был сотрудником Института водного хозяйства.

Воспоминаниями о старшем брате поделился заслуженный геолог РФ, первооткрыватель Хибинских апатит-редкоземельных месторождений, кандидат геолого-минералогических наук, автор 9 книг Евгений Арсениевич Каменев.

1

«Пока идут часы, я живой»

В январе 1943 года Игорь учился в девятом классе Ангасягской сельской школы в Башкирии, куда эвакуировалась наша семья. Накануне 25-й годовщины Красной армии была объявлена очередная мобилизация. Теперь призыву подлежал пацаны 17-18 лет.  У нас сохранилась повестка, которую получил мой брат:

«Каменеву Игорю Ар. 22/I-43 г. явиться в с/исп. (в сельский исполком) к 10 ч. утра в полном боевом снаряжении. Иметь при себе пару белья, теплую одежду, валенки и вещевой мешок. Явка строго обязательна».

Такие повестки получили все одноклассники Игоря. Многих из его класса сразу же отправили на фронт, и вскоре в село стали приходить похоронки.

Вспоминаю проводы, они в ту пору проходили часто. «Ходить рядами» — так называли этот обычай у нас в селе. Деревенская молодежь — призывники, девчонки, подростки — шеренгами в ширину улицы, обнявшись, медленно прохаживалась от околицы до околицы, пели протяжные грустные песни и озорные частушки под гармошку.

7

Вспоминаю и прощальный семейный вечер. Игорь завел свои карманные часы (в те годы большая редкость) и передал их маме:

— Пока идут часы, я живой!

Мама заплакала: часы старенькие, мало ли что случится.

— А  я на фронт ухожу, не на гулянку!

Часы эти мама держала втайне от нас — меня и сестренки, заводила их в одно и то же время, и если письма от Игоря задерживались, успокаивалась, прислушиваясь к их ходу.

Они и теперь хранятся у меня как семейная реликвия.

От Ангасяка до сборного пункта в Дюртюлях, что на противоположном берегу реки Белой, расстояние немалое. Подводу предоставил колхоз, где Игорь по совместительству с учебой работал конюхом, а отец, юрист по образованию, бухгалтером. По дороге кобыла, запряженная в сани, с голодухи встала. Сколько ни понукал отец, кляча ни с места.

— Ты же конюх, и лошадь твоя, сделай что-нибудь! — взмолился отец.

— Так ничего не получится, надо матом! Попробуй сам, я стесняюсь.

Впрочем, до военкомата добрались вовремя.

«Какой молоденький офицер...»

5

Мой брат и ещё несколько сверстников, которым не исполнилось восемнадцати, получили распределение в пехотное училище.

«Сегодня мне 18 лет. Училище напоминает школу: по каждому предмету отдельные преподаватели, так же ставят оценки. Кормят достаточно, только между завтраком, обедом и ужином большие перерывы. Мой вес 54 килограмма. За меня не беспокойтесь. Всё будет хорошо! 14/IV-43 г.»

(Здесь цензура недосмотрела. Игорь был рослым парнем, а весил всего 54 килограмма).

"Сегодня такой замечательный день — зачитали приказ о присвоении офицерского звания. Я направлен на фронт, очевидно, на юг в <зачеркнуто цензурой>... так называется наше училище. 11/V-44 г. «

(Училище называлось Одесским и было эвакуировано в город Уральск).

„Какой молоденький офицер“, — говорят обо мне гражданские». (Из письма с дороги на фронт).

По законам военного времени в письмах не упоминаются ни эпизоды армейской службы, ни расположение воинской части и её передвижение. Об этом — в дневниках, которые Игорь вел в период Ясско-Кишиневской операции.

«Когда возьмешь этот дневник, то сразу вспомнятся годы войны, дни упорных боёв, проведенные под „Суровой могилой“,  Бендерами, вспомнишь то время, когда наша армия проходила Бессарабию, Румынию, Болгарию, и я, как участник этого похода, вспомню это время, тяжелые для нашей страны дни — свою молодость. Гвардии младший лейтенант И. Каменев. 20/VIII-44 г.»

Бои на румынской границе, окружение и пленение вражеской группировки «Думитреску», переправа на плотах через Прут и Дунай, пеший переход от станции Раздельная до границы с Румынией, затем до Болгарии (по 40-50 километров в сутки пешком) описаны Игорем в двух дневниках.

8

«21-23/VIII-44 г. Эти дни  - дни утомительных походов по Бессарабии. В день проходили по 40-50 километров. Затем вся пехота переключалась на кавалерию, у нас появились свои повозки, немецкие брички».

«24/VIII-44 г. Днем двинулись вперед, на гребень высоты, и стали окапываться. Впереди видны были три деревни, в которых находились немцы. Мой 3-й взвод поддерживал 8-ю стрелковую роту. Другими взводами командовали мои товарищи — Гуляев и Белов. Оба, как и я, 1925 года рождения, со мной одинакового роста, вместе закончили пехотное училище. Днём в кукурузе поймали немецкую разведку, обезоружили и отправили в штаб».

«25/VIII-44 г. Впервые вступил в бой. Ночью 12 немецких вооруженных дивизий решили прорваться на нашем участке обороны. Немцы шли на нас колоннами, за ними — обозы и тылы. Их голоса становились все ближе. Они начинали обходить нас справа. А пули так и свистят над головой. Мы оказались со своей повозкой между своими и фрицами. Наш самолет сбросил на нас две бомбы. Они упали от меня  метрах в 80-и. Нескольких бойцов ранило. Пулемет третьего взвода открыл по танку огонь длинными очередями. В ответ из танка снаряд попал в пулемет. Командиры взвода и расчета погибли, наводчика ранило. Пуля угодила Гуляеву прямо в живот, он пробежал метров 20 и упал. А немцы опять идут. На этот раз двумя машинами тянут пушку, за ней — пехота. Пулей пробило кожух пулемёта. Пришлось его замазать глиной и продолжить стрельбу. Я засел за пулемет и открыл огонь по пехоте. У немцев началась паника. Побросали свои повозки, машины и, как мошкара, бросились в разные стороны. В машинах оказались наши трофеи, захваченные немцами. Бойцы набрали себе бельё, гимнастерки, сапоги. С унтера я снял пистолет, а затем его расстреляли. Артиллеристы заставляли пленных таскать пушки, снаряды и рации. Затем их расстреливали».

«Да, за ту группировку ещё в Бессарабии меня представили к правительственной награде. Правда, ещё не получил за неимением знаков. 29/VIII-44 г.»

Счет 5:5

(Знаков для награждения так и не хватило, но об этом Игорь никогда не вспоминал).

Дальнейшая служба проходила в Болгарии (г. Бургас) и Румынии.

«Через два месяца мой день рождения и мне стукнет 20 лет. Скорее разгромим врага и вернемся домой с победой. 14/III-45 г.»

3

«Шлю горячий привет из Румынии. Я желаю учиться, и это стремление очень большое. Читал Постановление Совнаркома от 7-8 августа о льготах. С образованием 9 классов по предварительным экзаменам принимают в вуз. И моё образование как раз подходит. Надеюсь на скорую встречу с моими дорогими родными. Только вот опять война с Японией, но, думаю, это ненадолго. Счастью не будет предела, когда я опять буду с вами. 10/VIII-45 г.»

Демобилизовался Игорь только осенью 1946 года, когда учебный год уже начался. Ему, не успевшему закончить девятый класс,  после трехлетнего перерыва, конечно, пришлось нелегко учиться в 10-м классе вечерней школы рабочей молодежи. Конечно, он переживал. Его однокашники — такие же фронтовики — обсуждали только что опубликованную повесть Вениамина Каверина «Два капитана». Не желая прослыть неучем, Игорь просил меня, четвероклассника, прочитать эту повесть и пересказать содержание ему.

Тогда же Игорь вызвал меня на соревнование, условия которого были простыми: за каждое достижение в жизни, за успех в учебе добавлялось одно очко. За участие в войне ему тоже полагалось одно очко. Начальный счет (1:0)  продержался недолго: вскоре Игорь получил аттестат зрелости и поступил в Ленинградский политехнический институт на факультет гидростроительства (2:0). Он — институт, а я  - школу закончили одновременно  (3:1). Не желая отставать, я добавил к своим результатам ещё два очка за победы на чемпионатах Петрозаводска и Карело-Финской ССР по велоспорту и за окончание геологического факультета Петрозаводского университета. Счет сравнялся (3:3). Затем я женился (3:4), а вскоре — и он (4:4). Кандидатские диссертации мы защитили почти одновременно (5:5).

6

На этом счете наше братское соревнование закончилось.

После выхода на пенсию Игорь попеременно жил то в Санкт-Петербурге, то в Лаппеенранте, куда переехала его жена, а теперь вдова, Айно.

В своем последнем письме из Финляндии брат написал мне: «Я остаюсь гражданином России...»

16+

Миссия «Губернiя Daily» — быть самым интересным и необычным интернет-порталом. Сайт создан журналистами газеты «Карельская Губернiя».

Архив

© 2011-2020 Губерния Daily. При использовании информации, размещенной на сайте «Губернiя Daily», активная ссылка на материал обязательна

Наверх
Change privacy settings