Статьи

Универсальный свидетель: Алиханова и Залецкую «разоблачает» один и тот же человек

Если уголовное дело «Петропита» стремительно близится к своему завершению, то дело бизнесмена Девлетхана Алиханова находится только в самом начале своего судебного следствия. Однако хотя эти дела и рассматриваются в одном здании суда и по одним и тем же обстоятельствам (по факту приобретения муниципального имущества), трактуют эти обстоятельства следователи очень по-разному. По факту получается, что Алиханова судят за то, что он не сделал того, что сделали фигуранты дела по «Петропиту».

Напомним, что по делу «Петропита» на скамье подсудимых находятся бывший директор этого предприятия Ольга Залецкая (сейчас – депутат ЗС РК), супруга лидера карельских «яблочников» Василия Попова – Анастасия Кравчук (дело в отношении самого Василия Анатольевича выделено в отдельное производство) и экс-директор торгового дома «Ленторг» Александра Корнилова. Их обвиняют в мошенничестве. По версии следствия, подсудимые приобрели бывшее здание комбината школьного питания, ранее принадлежавшее муниципальному предприятию «Петропит», по заниженной цене. Согласно обвинительному заключению, Александра Корнилова фиктивно арендовала здание для того, чтобы через несколько лет Анастасия Кравчук смогла его выгодно приобрести (с учетом обременения арендой). Ольга Залецкая, с точки зрения следователя, помогала реализовывать этот план, а Василий Попов всеми руководил.

Алиханова тоже обвиняют в мошенничестве, только на этот раз речь идет уже о 15 муниципальных помещениях, которые когда-то арендовал Сбербанк.

В обоих случаях муниципальные помещения были обременены долгосрочной арендой и выставлены на открытый аукцион с учетом этого обременения. В обоих случаях, по версии следствия, тех, кто выставлял эти здания на продажу, об этом попросили: в деле Алиханова о том, чтобы выставить помещения на продажу, Виктора Маслякова (на тот момент мэра города) попросила руководитель карельского отделения Сбербанка России Елена Палкина, в деле «Петропита» Ольгу Залецкую попросил об этом предприниматель Василий Попов. Иначе говоря, следователи уверены, что все объекты, о которых идет речь, выставлялись на продажу под конкретного покупателя. В результате здание «Петропита» купил тот, для кого оно и продавалось, — Анастасия Кравчук, а здания сберкасс — нет. Все помещения, в которых находились сберкассы, купил от имени своей мамы предприниматель Евгений Журавлев (а по версии следствия, Алиханов, который прислал его на конкурс вместо себя). Но на скамье подсудимых оказались и Алиханов (вероятно, если бы все его окружение к тому моменту уже не сидело, список подсудимых по его делу был бы больше), и Кравчук (вместе с «пособницами»).

И ведь складывается просто абсурдная ситуация. Получается, что мошенничество в деле Алиханова заключается в том, что по итогу помещения купил не арендатор, а в деле «Петропита» — в том, что купил именно арендатор (Александра Корнилова – директор предприятия Василия Попова).

Действия, с точки зрения следствия, одни и те же, оценка — прямо противоположенная.

Вероятно, сказался период возникновения указанных уголовных дел. Александру Худилайнену (на тот момент губернатору Карелии) так хотелось победить на выборах, устранив всех политических оппонентов, что причина, по которой они все окажутся за решеткой, большого значения не имела: был бы человек, а статья найдется. Так оно, собственно, и получилось, и государственные обвинители теперь в суде вынуждены «расхлебывать» то, что есть, в одном процессе доказывая, что преступлением являются одни действия, а в другом — что прямо противоположные.

Примечательно, что уголовные дела «Петропита» и Алиханова связывают не только фабула и причина их появления. Оказывается, что в обоих случаях главным свидетелем обвинения является бывший председатель комитета по управлению муниципальным имуществом города Борис Васильев. Причем если с фигурантами по делу «Петропита» (Ольгой Залецкой и Василием Поповым) у этого человека были действительно напряженные отношения и он искренне пытался помочь следствию их «изобличить» (другой вопрос, что изобличать было не в чем, потому и не получилось), то с Девлетхном Алихановым у него раньше были хорошие отношения. Впрочем, нет ничего удивительного в том, что и по этому уголовному делу он, в конце концов, стал главным «козырем» правоохранителей. Дело в том, что изначально, на протяжении нескольких лет, чиновник последовательно говорил о том, что приватизация сберкасс проходила по обычной схеме (точно так же в Петрозаводске с 2006-го по 2014-й годы были проданы 177 объектов недвижимости) и в соответствии с федеральным законодательством. Однако в какой-то момент (когда позади было более десяти допросов) Борис Васильев свою точку зрения изменил, и сделка, о которой идет речь в деле Алиханова, вдруг стала единственной в своем роде (ни до, ни после объекты недвижимости КУМИ так не продавал). Долгосрочную аренду Борис Васильев в один момент перестал считать обременением. И у этого «озарения» есть довольно серьезная причина: чиновник сам стал фигурантом уголовного дела. В его заявлении, датированном 29 мая 2013 года, указано: «Принимая во внимание, что мне может быть предъявлено обвинение по уголовному делу №… по факту продажи в ноябре 2007 года администрацией ПГО 15 нежилых помещений, арендуемых ОАО «Сбербанк России»… я согласен на прекращение уголовного дела №… в связи с истечением сроков давности уголовного преследования». Вот и весь секрет его новых оказаний: продолжать отстаивать правду стало невыгодно (а то, что изначально Васильев давал правдивые показания, подтверждается имеющимися в деле документами).

В суде по делу «Петропита» Борис Васильев заявил, что был не согласен с оценкой здания комбината школьного питания, считая ее заниженной, хотя подтвердил, что имеет непосредственное отношение к подготовке проекта постановления о согласовании Залецкой продажи этого здания. Оказывается, проект никто не хотел готовить, так как все боялись брать на себя ответственность. В результате его подготовило управление Васильева, которое предусмотрительно цену продажи в документе решило не указывать.

Борис Васильев пытался убедить суд в том, что цена здания в постановлении не была указана именно в связи с тем, что он, да и все остальные в его управлении категорически с ней были не согласны. Однако его показания опровергли его же подчиненные. В частности, свидетель Борискова рассказала, что это было абсолютно стандартное постановление со стандартной формулировкой.

Ситуация с Борисом Васильевым очень напомнила историю с главой Деревянского сельского поселения Олегом Дякиным, который в свое время тоже кочевал из одного уголовного дела в другое, давая разоблачающие показания на фигурантов. В частности, он стал главным свидетелем обвинения в делах бывшего заместителя мэра города Евгении Сухоруковой и экс-главы администрации Прионежского района Светланы Чечиль. Несмотря на то, что его показания опровергались показаниями десятков свидетелей, в основу обвинительных приговоров легли именно они. В этом смысле Борис Васильев сейчас вполне может оказаться вторым Дякиным.

Коротко о главном в нашем Telegram