Бить или не бить?

В 15 лет меня каким-то чудом занесло в Штаты. Семья, в которой я жила – одна из образцово-показательных по меркам США. Папа — руководитель церковного хор, мама — его секретарь, два старших брата оканчивали Библейскую школу, моя сверстница Эмили только мечтала о поступлении в ту же Bible school и 13-летняя собака Джесси. Терри и Джерри, родители, воспитывали своих детей в гармонии с собой, этим миром и Библией. Проблемы и внутренние терзания каждого было принято обсуждать  за семейным ужином, приправляя беседу шутками, советами и словами поддержки. О криках, скандалах и тумаках дети знали только понаслышке.

— Моя тетя иногда сильно кричит на своих детей, — делилась со мной Эм переживаниями о нелегкой судьбе своих кузин и кузена.

— И как сильно кричит? – старалась поддержать беседу я, искренне не понимая тогда, что в этом такого.

— Это ужасно. А еще она иногда их бьет! Представляешь, она может ударить своего ребенка! Мама говорит, что у нее не в порядке нервы.

Мне не хотелось еще больше расстраивать подругу, поэтому от красочных рассказов, как в России родители испытывают на прочность барабанные перепонки, а также затылки и пятые точки своих чад, я воздержалась.  И уж тем более я не поделилась с ней историей о том, как однажды папа моей подруги высек ее телефонным кабелем, и она несколько месяцев прятала красно-лиловые полосы, «украшавшие» все тело.

________________________

Год назад мы с мужем присматривали вещички будущему наследнику в одном из моллов Питера. Чувства захлестывали меня у каждой витрины с ползунками и кофточками, а при виде гуляющих с мамами малышей я и вовсе была готова расплакаться.

Трехлетний мальчуган, на которого пал мой сентиментальный взгляд, ехал в тележке и что-то пытался рассказать маме. Её же внимание было поглощено разноцветными платьями. Тогда он взял какую-то мелочь из тележки и кинул на пол. Шлепок мамаши по лицу ребенка, последовавший за этим, был такой силы, что я машинально схватила себя за щеку. Малыш разразился отчаянным криком, а женщина вернулась к платьям.

Я давно дала себе слово, что к своим детям найду другой подход, без рукоприкладства. В том магазине я еще раз себе об этом напомнила.

Опять же в торговом центре, но в Петрозаводске и уже после рождения сына, я наблюдала еще один «оригинальный» метод воспитания. Папа доказывал дочке, что облизывать ручку тележки очень плохо. Когда все аргументы закончились, он просто ткнул ее носом в металлическую рукоятку со словами: «Я же говорил, что нельзя ее облизывать». Визг, слезы и вопли дочери не растрогали папу, он лишь подытожил: «Сама виновата, нечего теперь реветь».

А буквально вчера у дома нам повстречалась, на первый взгляд, милая бабушка, за которой, спотыкаясь, бежал внук.

— Ты охренел что ли? – заголосила «дама» на всю улицу. — Ты не видишь, куда идешь? Все носы уже на ботинках сбил. Тебя научить ходить что ли?

На этих словах внук снова споткнулся, а бабушка продолжила свою тираду о кривых ногах мальчугана.

________________________

Когда-то мой коллега, отец двух сыновей, сказал: «Не дать подзатыльник ребенку, который залез в новых штанах в лужу и не хочет из нее вылезать, просто невозможно». Быть может, он прав?  Хотя по мне это лишь очередное оправдание своей слабости, такое же, как: «Он иначе не понимает», «Меня так воспитывали, и ничего, вырос нормальным человеком», «Мой ребенок, как хочу, так и воспитываю».

Сегодня существует огромное количество литературы на эту тему, а на форумах в Интернете родители жарко спорят о том, бить или бить ребенка (как бы жестоко это ни звучало). Однако психологи все же едины в своем мнении: наказывать детей физически категорически НЕЛЬЗЯ.

Во-первых, ударив, шлепнув малыша, вы показываете ему свою слабость. Вы не смогли сдержаться, не нашли слов, чтобы объяснить и разобраться в причине.

Во-вторых, насилие порождает насилие. Для ребенка такой способ решения конфликта становится нормой. Ведь если бьют его, почему бы не ударить и ему? К примеру, недавно знакомая поделилась со мной случаем: «Моя дочка просто настоящий дьяволенок. На  5 секунд нельзя оставить. Представляешь, пока я мыла посуду, она залезла на подоконник и выдернула из земли всю рассаду для дачи! Отстегала ее ремнем, закрыла в комнате. И что ты думаешь, захожу, а она свою куклу хлещет тем же ремнем, да с такой злостью! Спрашиваю, за что ты так с ней, а она: «Засранка, все печенье съела»...

В-третьих, насилие — это унизительно (особенно при свидетелях). Ребенок протестует и начинает вести себя еще хуже. Его бьют снова и снова. Комплексы, неуверенность, замкнутость становятся верными спутниками такого малыша. И, наконец, в-четвертых, насилие не решает проблем. Ребенок уступает, но не потому, что он признал свою вину, он просто боится новых скандалов. Причины конфликта не исчезают, а отношения с родителями только портятся.

Но как же быть, если непослушание «дьяволенка» достигло предела вашего терпения? Для себя, на будущее, я запомнила полезные варианты. Так, некоторые родители находят альтернативу крикам и шлепкам — к примеру, запрещают смотреть мультики или вводят мораторий на сладкое. А одна моя подруга «берет тайм-аут», когда ей хочется накричать или дать подзатыльник ребенку. Она просто уходит в ванную, считает до десяти и потом уже отправляется на «разборку» с сыном. Кстати, некоторым помогает и такой способ: когда появляется желание шлепнуть дитя, можно представить, что перед тобой не беззащитное создание, а, скажем, сосед, который не заплачет и не убежит, а вмажет в ответ так, что больше бить не захочется точно.

Если все же вы не удержались и таки шлепнули проказника, психологи советуют: обязательно извинитесь, признайтесь  чаду, что вы сделали это из-за его плохого поведения или поступка. Пообещайте ему, а главное себе, что больше такое не повторится.  И сдержите слово. А я постараюсь свое не нарушить.