«Искореженные пламенем тела, прикорнувшие, будто заснувшие в задымленных кроватках дети»: карельский пожарный рассказал, как столкнулся нос к носу с покойником и сам едва не погиб в огне | Daily
Интересное

«Искореженные пламенем тела, прикорнувшие, будто заснувшие в задымленных кроватках дети»: карельский пожарный рассказал, как столкнулся нос к носу с покойником и сам едва не погиб в огне

Ветеран противопожарной службы Карелии Олег Мошников поделился своими воспоминаниями о нелегком труде огнеборцев и о том, как два раза сам не погиб во время пожаров — один раз провалившись в подвал сгоревшего дома, а в другой едва не задохнувшись в дыму. К трагедии и никому не нужным смертям, считает пожарный, приводят неосторожность и беспечность в быту — неисправные электроприборы, злоупотребление алкоголем, окурки. С них-то он и начинает свой рассказ.

— Непотушенная сигарета… Сколько смертей по этой причине я видел за свою жизнь, искореженных пламенем тел, прикорнувших, будто заснувших в задымленных кроватках детей… Как быстро сгорает деревянный дом! На моих глазах на Перевалке — старом деревянном районе Петрозаводска — вспыхнуло добротное брусчатое строение с мансардой. Ветер разносил осиные искры на соседние крыши, гудел в жаркие окна, как в поддувало печи. Лопался шифер. Треск. Вой. Всполохи жаркого пламени бились в шаманском своем танце, завораживая, все быстрее и быстрее… Заскрипел и рухнул в вязкую осеннюю темноту электрический столб. Пожарные подхватили на руки испуганных детей, поддержали причитающую, бьющуюся в истерике мать. Что нажила, что вынесла из горящего дома безутешная женщина? Две аудиокассеты, лежащие сверху на кухонном столе…

Несколько раз и моя жизнь висела на волоске. Когда не успевала подмога, а наша инспекторская «Нива» уже стояла у горящего ангара или скопления хозяйственных построек, по заданию руководителя тушения пожара я отсекал мощной струей воды из пожарного ствола наползающий на соседние строения огонь. А то и просто — делал шаг в неизвестность…

Приехал я как-то по вызову на загорание одноэтажного частного дома по улице Мира в деревянном секторе Сулажгоры. Сбив пламя внутри бревенчатой халупы, пожарные проливали крышу. Владелец дома как сквозь землю провалился. По словам соседей, был дома и мирно пил водку уже третий день после получки. Ночь темна. Только фары пожарных машин кое-как освещают черную обугленную обстановку комнат. Мокрая плащ-палатка, подмоченные протоколы не укротили мою решимость осмотреть место пожара по горячим следам.

Попросив ближайшего огнеборца осветить мой героический путь пожарным фонарем, я шагнул в черный, залитый сверху и снизу водяными струями коридор и… провалился в прогар отверстого подполья. Вынырнув из вонючей, подернутой сажей жижи, я в полумраке нос к носу столкнулся с телом угоревшего мужчины, появившимся в круге света, как корабль-призрак. Оказалось, хозяин дома, спасаясь от огня, в подполье заполз. Да, видать, дымом надышался. А до этого пьянствовал беспробудно. Никто ему руки не протянул.

Дым на пожаре — страшнее огня. А страшнее дыма — паника. Это я как «Отче наш» на инструктажах и беседах разъясняю. На своем примере. И все после того памятного пожара в пятиэтажном здании учебно-производственного комбината, где в подвальном помещении сауна полыхнула…

Подъехал я тогда к месту вызова. На вывеске три веселых толстяка ляжками дрыгают. А у меня сердце не на месте. Выходной день. Вахтер ничего толком объяснить не может. В сауну и кафе «Три толстяка» у него доступа нет, уж года два начальство помещения в аренду сдает. Подъехал штаб пожаротушения. Оперативный дежурный полковник Евстратиков предупредил меня — в подвал не лезь, сауна, она того, обратной тягой славится. После такого «парку» шкуру на гвоздик в реанимации повесить можно… Иди, говорит, лучше на первом этаже форточки открой, а то там дымка какая-то подозрительная плавает. Кабы учебные пособия дымом не провоняли.

Пошел я комнаты проветривать. Один кабинет осмотрел, второй… В этот момент сауна и грохнула. Комнаты и коридоры через щели всевозможные дымом заволокло. Горло перехватило, глаза защипало. Я перво-наперво на пол бухнулся и в кромешном дыму стал Бога, маму и дорогу обратную вспоминать. Чего ради на первый этаж поперся? Форточки открывать? Так ведь людей же в здании нет. Да до них сейчас и не докричишься. Надо, думаю, до выхода ползти, сколько дыхания хватит.

До исподнего под формой капитанской взмок, пока кабинеты и коридоры по-пластунски преодолевал, кислород через рукав задымленный выцеживал… Вот дурень! Инспектор с бумажками разбираться должен, а не в дымовуху без аппарата дыхательного заныривать! А воздуха у пола все меньше становится. Вдруг слышу — голоса впереди. Али ангелы поют? Да нет, голоса!..

Вывалился я из дверей на пост охраны аккурат в то время, когда полковник Евстратиков о моей судьбе у вахтера выспрашивал. Воистину, как благостно воздух осенний, свежий горло обжигает! После таких живительных глотков совсем по-другому на жизнь смотришь, каждым днем, Богом данным, дорожишь…

Из книги Олега Мошникова «Живая и разная»

Читайте также

Новости партнеров

Миссия «Губернiя Daily» — быть самым интересным и необычным интернет-порталом. Сайт создан журналистами газеты «Карельская Губернiя».

Архив

© 2017 Губерния Daily. При использовании информации, размещенной на сайте «Губернiя Daily», активная ссылка на материал обязательна

Наверх
Change privacy settings