Детский дом не может купить еду и одежду детям из-за долга: его воспитанника обвиняют в поджоге дома
Daily News

Детский дом не может купить еду и одежду детям из-за долга: его воспитанника обвиняют в поджоге дома

дом, поджог

Детский дом в поселке Мохсоголлох должен местной жительнице почти три миллиона рублей — из-за долга учреждение не может купить еду и одежду для своих воспитанников. Как передают «Новости Якутии», в марте 2017 года в поселке произошел пожар — сгорели частный дом, гараж и баня местной чиновницы. Полиция опросила воспитанников Мохсоголлохского детского дома, и из их показаний следовало, что в день пожара дети проникли в гараж, где пытались затопить печь с помощью бензина. У них это якобы не получилось. После они попытались затопить печь, но огонь перекинулся на банку с бензином,один из детей испугался и отбросил банку в сторону.

Уголовное дело сначала прекратили: на тот момент мальчику еще не исполнилось 14 лет, но в сентябре 2018 года дело возобновили. В прошлом году погорелица Сардана Ринчинова обратилась в гражданский суд. В Хангаласском районном суде она проиграла, подала апелляцию в Верховный суд Якутии. Те вернули дело на новое рассмотрение: уже новая районного суда вынесла решение в пользу пострадавшей, которое вступило в законную силу. Следствие еще идет.

В прошлую пятницу у детдома арестовали счета. Директор  Василий Ильин не может закупить еду, школьную одежду, канцелярские принадлежности, пока не оплатит долг — 2 711 014 рублей, а также государственную пошлину — 21 755 рублей. Он категорически не согласен с решением суда и считает, что его воспитанники ни в чем не виноваты.

Наш бюджет рассчитан до копейки, — говорит директор. — Такой статьи расходов, как судебные оплаты, у нас нет. Через две недели мои дети, а их 39, должны вернуться домой, мы их отправили отдыхать в лагеря. А я не могу закупить даже еду. На днях тендер объявляли на закупку школьной одежды и канцелярии, а деньги все арестованы. Я уверен, что моего воспитанника оговорили. Конечно, не все дети идеальны, они хулиганят, дерзят, но нельзя всех грести под одну гребенку. Вот этот настрой общества «раз детдомовец — значит, асоциальный», в данном случае, на мой взгляд, сыграл ключевую роль. В 20:00 наши воспитанники находятся в доме. Ведется журнал, перекличка, осмотр. Пожар произошел под утро, то есть в это время мои дети спали. В показаниях они говорили, что были там около семи часов вечера. А хозяин дома был там в 8 вечера, и даже запаха дыма не было. На следующий день детей допросили, причем с грубейшим нарушением процедуры — без законного представителя. На одном этом основании можно было бы прекратить уголовное дело. Прокуратура района провела расследование и установила, что детей допросили незаконно. Следствие еще идет, виновное лицо точно не установлено, но Хангаласский районный суд и Верховный суд Якутии решили по-своему и вместо следствия признали моего воспитанника виновным на основании тех показаний, которые не могут считаться официальными, так как были проведены с нарушениями. Судьи даже не рассмотрели наши журналы, показания, что дети были дома. Я до сих пор не могу поверить, что это случилось, и мы теперь должны около 3 миллионов рублей.

дом, детский дом

Кроме того, подчеркивает Ильин, у него был давний конфликт с местной администрацией, сотрудницей которой является пострадавшая.

Сардана Ринчинова, у которой сгорел дом, является заместителем главы поселка Мохсоголлох, — продолжает он. — Многие знают историю моего противостояния с администрацией улуса (два года назад Василия Ильина за одну неделю два раза уволили, за него заступились дети и трудовой коллектив, он восстановился в должности через суд). Я думаю, что и этот факт, наверное, имеет какое-то отношение к делу. Я пытался объяснить ситуацию Сардане Николаевне. Говорил: поймите, из-за арестованных счетов я не могу купить еду, одежду, отсрочьте, отзовите исполнительный лист. Как женщина, как должностное лицо, она должна была бы меня понять. Но все было тщетно. Я обратился в редакцию, так как ситуация тупиковая. Мы и так на всем экономим: который год пытаемся построить спортивную площадку, но денег нет, не выделяют. В детском доме работают настоящие альтруисты, патриоты, неравнодушные люди, которые работают за маленькую зарплату. Наши дети добрые, они не виноваты, что так сложилась их жизнь. Мы максимально пытаемся дать им семейный уют и заботу. Прошу общественность обратить внимание на нашу проблему.

Сама Ринчинова считает, что, раз пострадало ее имущество, детский дом должен ответить по закону:

Суды шли два года. В самом начале я пыталась решить спор с директором детского дома в досудебном порядке, но он не шел на контакт. После вступления решения суда в законную силу им был дан месячный срок, чтобы расплатиться со мной, но этого не произошло. Я не буду отзывать исполнительный лист, так как пострадало мое имущество. Два года назад я брала кредит, чтобы очистить место пожара, и этот кредит я продолжаю оплачивать до сих пор. В данном случае я выступаю не как должностное лицо, а как простой житель, у которого сгорела собственность. Это был хороший жилой дом, мы там жили.

Читайте также

Миссия «Губернiя Daily» — быть самым интересным и необычным интернет-порталом. Сайт создан журналистами газеты «Карельская Губернiя».

Архив

© 2011-2019 Губерния Daily. При использовании информации, размещенной на сайте «Губернiя Daily», активная ссылка на материал обязательна

Наверх
Change privacy settings