«Мои клиентки — заносчивые тетечки с обколотыми жабьими губами». Петрозаводские продавщицы откровенно о своей работе, улыбке и угадывании «хотелок» — Daily
Личный опыт

«Мои клиентки — заносчивые тетечки с обколотыми жабьими губами». Петрозаводские продавщицы откровенно о своей работе, улыбке и угадывании «хотелок»

Мы привыкли относиться к ним как к обслуживающему персоналу, но они такие же люди, как и мы все, со своими мыслями, чувствами и историями. И им есть что рассказать. Три петрозаводских продавца поделились с нами своими наблюдениями и откровенно рассказали о наглых клиентах, привычке улыбаться, ностальгии по советской торговле и Петромагазинске. 

Елена, продавец в сувенирной лавке:

— Я работаю продавцом. Да-да, именно продавцом. А что? Кем еще можно работать в Петромагазинске?! И не спорьте. Даже не пытайтесь. Лучше послушайте, что это и как, и, возможно, мой опыт кому-то пригодится. Я долго вынашивала идею семейного бизнеса. Чтобы без больших вложений, на собственном опыте и без аренды помещения. Но никак не получалось, потому пошла работать «на дядю». Да и «тетя» там тоже была.

Уютный магазинчик подарков, больше похожий на волшебную лавочку из произведений Джоан Роулинг. Сервис на уровне — чай и кофе для клиентов за стеклянным столиком плюс душевные беседы с внимательными и заботливыми «продавцами с большой буквы». Требования для продавца ребята выставили высокие: и красавица ты должна быть, и говорить, будто ручеек течет, али птаха какая щебечет, и душевное состояние клиента, и его материальное положение при первом взгляде на него угадывать.

Ах, вот еще: наличие ВСЕХ зубов обязательно. Ну, в крайнем случае, передних. Я «улыбатор» непревзойденный: в послужном списке значится и воспитатель детского сада, и учитель, и бывшая жена с десятилетним стажем. Фигурой природа не обделила — миниатюрная, но вполне аппетитная (дерзкий третий размер груди, гибкая талия, «булочки» весьма недвусмысленно заявляют о себе). Но продавцом никогда не работала. Но зато старательная, обучаемая, адекватно отношусь к конструктивной критике. В общем, взяли меня на испытательный срок.

Клиенты были те самые, которых нужно угадывать. Заносчивые тетеньки с обколотыми надутыми жабьими губами, милые старушки с фатином на ретро-шляпках, разухабистые мужички командировочные, те, что покупают магнитики женам. А то ведь не поверят жены, что в Карелию не по работе ездили, а ради горячей финской сауны и девчонок голубоглазых. Пьяненькие ребята, что стремились разбить вышеупомянутый стеклянный столик и настойчиво пытались разбавить наш кофе дюжей порцией армянского коньяка.

Я всем улыбалась, мягко двигалась вдоль стеллажей, изящно взмахивала ручкой — ах, полюбуйтесь на это чудо китайской промышленности. Деликатно старалась узнать, чего не хватает им, драгоценным, для ощущения полноты эфемерного счастья, участливо кивала и сокрушенно вздыхала, проникаясь искренним сочувствием к глобальным проблемам наших клиентов. И там, в магазинчике, среди ушастых зайцев, музыкальных шкатулок, каравелл в масштабе 1: 10 и фарфоровых кукол в башмачках, я поняла, что к нам приходят не за покупками. Именно в наш магазинчик не за товаром является люд. Роскошь есть разная. Купаться в роскоши хочет ну буквально каждый второй или даже полуторный. Все хотят. Всего хотят.

Сами тоже, небось, хотите машинку удобную с попогревом и монитором на потолке, вискарик благородно тягучий смаковать, одежку не из секонда. Долго и неохота все перечислять все «хотелки». Но народ приходил в наш магазинчик за… поговорить. Одинокие бабушки и старички, которые даже кошечек и собачек не могут себе завести в силу возраста. Мадамочки с притянутыми к ушам скулами и лопающимися губами, мужчины с военной выправкой и цепким взглядом, туристы, приехавшие за впечатлениями от Карелии. Им всем нужно было общение, участливое, искреннее. Недополучает наш народ этой роскоши общения. Ни в семье, ни на работе (что и понятно, работать ведь надо), нигде. Редкий товар, бесценный, это самое общение.

 

Татьяна, уличный продавец:

— Вообще-то торговля — дело увлекательное. Тут и конкуренция, и спортивный интерес, и множество уловок разных, и красота. Уличный продавец — это особая каста. Эти люди — почти сверхчеловеки: не мерзнут, не мучаются жаждой, не потеют и даже, пардон, не справляют нужду, потому что негде. Они настолько стрессоустойчивы, что буддийские монахи приходят к ним узнать тайны их вселенского спокойствия; своим взглядом уличный продавец способен притянуть Emma Maersk — контейнеровоз водоизмещением 157 тыс. тонн, что уж тут говорить о простых обывателях. Звуковые колебания, издаваемые уличными продавцами, настроены на людей с особым психотипом и — что важно! — с плотненьким кошельком. Диапазон колебаний поразителен: от инфра- до ультразвуковых волн. Это позволяет уличным продавцам донести свой глас народу через городской рев, сирены машин и конкурирующие громкоговорители. Отдельно про глубокое знание человеческой, а в некоторых случаях и животной психологии. Это важнейший и решающий аспект в работе продавца, это как перец халапеньо в пицце «Дьябло»: без халапеньо это уже не «Дьябло». Уличный продавец — это всегда ниндзя.

Вот он здесь, раздает улыбки, призывно размахивает руками и сыплет шутками. А нарисовались неприятности (разного рода) и — опа! — остались только четыре следа от ножек стола и удивленные глаза бродячей собаки, не понимающей, куда делся добрый человек, только что чесавший ее за мягким ухом. Внешность и пол уличного продавца не имеют никакого значения. Важно лишь все вышеперечисленное. И главное, что отличает рядового продавца от Продавца, — искреннее желание помочь покупателю выбрать свой товар, а не втюхать ему залежавшуюся гадость. Я человек не ленивый. Помимо всего прочего мне довелось работать уличным продавцом. Столик мой, стойко алюминиевый, раскладной, и товар мой собственный.

Я ручаюсь за качество и ценник ставлю сообразно затраченным усилиям. Все по-честному. Торговать на улице вынудили обстоятельства — арендовать помещение денежек не хватает, через посредников народ покупать не станет, а с наценкой — дорого. Моя история с торговлей началась зимой, и в теплых штанах и ушанке я ловила снежинки языком. Сердобольный народ жалостливо так спрашивает, зачем же на улице, а не в тепле. Я, мужественно улыбаясь, ответствую, что северяне не мерзнут. Слышу голос: «Здравствуйте, я Вася!» На меня смотрит мужичок усредненной наружности и масляным взглядом. С улыбкой знакомлю его со своим товаром, вижу, что неинтересно.

На мой немой вопрос отвечает: «Да не чай мне нужен, а вы, девушка!» Моя профессионально-благожелательная улыбка превращается в растерянную. Мягко объясняю, что не по адресу. Как доказательство, машу перед его расстроенным носом правой рукой с колечком на безымянном пальце. Не верит. Конфетками меня угощали и саночки оставляли посторожить. На скользких участках дороги я придерживала женщин под локоток. Много глаз, вопросов и улыбок. Ласково смотрящие мужички, у некоторых людей неподдельный интерес к товару (наконец – то!). Торговля идет, город живет, снежинки падают.

Тамара, продавец в кафетерии:

— Я работаю в кафетерии со стеклянным прилавком, разнообразным ассортиментом, пластиковой посудой и небольшим количеством столиков. Кто бывал в советских кафетериях, то видит, что очень похоже. Я и сама похожа на тех продавщиц в белом фартуке и с кружевной наколкой на голове. Стараюсь во всем соответствовать образу — у людей ведь случается и ностальгия. Почти каждый человек, живущий в нашем районе, хоть раз да у нас побывал. Конечно, это касается «простых» людей, тех, у кого нет денег на рестораны. У нас чисто, уютно, а цены удивляют практически всех.

Берут кто что. Мамочки приводят детей угоститься мороженым, бабушки уходят с пакетами пирожков (а они у нас большие и начинки положено по совести), подружки всех возрастов заходят после работы поболтать, поделиться секретами за салатиком в контейнере и стаканчиком вина. Дома — мужья, хозяйство, дела, а хочется отдохнуть хотя бы полчаса. Кстати, народ не обращает внимания друг на друга, каждый видит только себя и свою компанию, потому конфликтов никаких нет. Особый контингент — мужички, заходящие после работы «слегка подзаправиться», потому что жены, вероятнее всего, против этого и ничего им не дадут, а то и отберут.

Такой обычно берет двести водочки (как правило, без закуски) и, слегка воровато оглядываясь, опрокидывает и уходит. Но я ни в коем случае не скажу, что люди приходят к нам только выпить. В выходные народ, что удивительно, отдыхает более культурно: чай, кофе, едят пирожные. Приходят и семьями. Мне кажется, люди не запоминают официантов в ресторанах, а вот ко мне обращаются по имени, улыбаются, спрашивают не только о том, свежая ли продукция, но и интересуются, как у меня дела. Многие люди почему-то думают, что продавец — это человек, которому лишь бы продать, что ему глубоко безразличны люди. Но про себя я такого сказать не могу.

Читайте также

Миссия «Губернiя Daily» — быть самым интересным и необычным интернет-порталом. Сайт создан журналистами газеты «Карельская Губернiя».

Архив

© 2017 Губерния Daily. При использовании информации, размещенной на сайте «Губернiя Daily», активная ссылка на материал обязательна

Наверх