Мужчин следует дрессировать при помощи железного прута и ошейника

Недавно посмотрел спектакль о семейном насилии. О бесправном и беспросветном положении женщин в семье. Сразу оговорюсь, спектакль хороший и убедительный. Одна беда, если все действительно так, то становится совершенно не понятно, как вести себя мужчине, чтобы не оказаться скотиной.
Начинается с того, что главная героиня принимает таблетки. Она не спит, ей плохо, она глотает какие-то психотропные пилюли и бешено бьет ножом по разделочной доске мимо огурца. Еще она забывает своего ребенка в детском саду. Думает, что забрала, а на самом деле не забрала. Вот до какой степени ей тяжело. И зрителю объясняют, что ее можно понять. Ведь в том, что она забыла ребенка, виновата не она, а мужчины.
Дело в том, что в детстве отец клал ее на живот и дышал ей на ноги. Она считала листки папоротника на обоях, а он дышал ей на ноги и этим причинял ей страдание. А когда ей было 5 лет, он что-то сделал с ней в сарае на даче. Мы не знаем, что именно. И она на 100 процентов не уверена, что он что-то сделал, но ей так кажется. И поэтому всю оставшуюся жизнь она ест таблетки, психует, бьет ножом мимо огурца и забывает ребенка в детском саду.
Хотя нет. Виноват не только отец, но и муж. Он дружил с ней с детства. А в юности подошел и спросил, нет у нее парня, и если нет, то не хочет ли она стать его женщиной. Она согласилась, и он овладел ей. Но сделал это недостаточно бережно. Не постепенно. А как-то резко, на столе, не учтя, что в детстве папа дышал ей ноги. Потом он честно на ней женился, но бывал пьяный, и все это, естественно, тоже ранило ее.
Она пошла к психотерапевту и начала склонять того к сожительству. Тот отнекивался, ссылаясь на этические нормы. Он же ее врач, ему нельзя, но она настаивала. Если бы он ей отказал, он, по всей видимости, оскорбил бы ее. И он согласился. Стал заботиться о ней, о ее сыне, получал по морде от ее уже бывшего мужа. То есть вроде бы был молодцом. Но однажды его пригласили на учебу в Америку, и он не взял ее с собой. Ведь друзей нельзя вписать в визу. То есть он с ней спал и цинично называл ее другом. Не любимой, не единственной, не невестой, а другом. Не сделал ее женой, и этим тоже ранил ее. Первый мужчина женился и ранил, второй не женился и тоже ранил. Ну как в таком состоянии не забыть ребенка в детском саду?
Чтобы зритель окончательно понял, что мужчины недостойны человеческой жалости, режиссер придумал, чтобы отец героини жрал как свинья. Хрюкая, руками, тыкаясь рылом в тарелку. То есть зримо проявлял свое животное начало. Этот мерзкий отец, кстати, переспал с лучшей подругой героини, когда той было 16 лет. Она объяснилась ему в любви, и он воспользовался ее наивностью. Потом как порядочный человек женился. Но прощения ему все равно нет. Ведь подруга проверила по Интернету 40 признаков семейного насилия и увидела, что по всем 40 признакам она жертва.
Можно, конечно, отнестись к этому спектаклю просто как к произведению искусства. Как к сугубо авторскому взгляду на жизнь, не свойственному основной массе соотечественниц. Но зал был полон молодых девушек, для которых, судя по прошедшему после спектакля обсуждению, тема эта была очень близка и понятна. Именно так они себя и ощущают в этом страшном мужском мире. Мужчина – опасность, мужчина – агрессор, мужчина – животное, а женщина слаба и беззащитна. Женщина — жертва, окруженная свирепыми, безжалостными и бесчувственными свиньями.
Мне не раз приходилось слышать нечто похожее. Может быть, не в столь жесткой форме, но очень близкое по сути. Девушки рассказывали, что с детства привыкли относиться к мужчинам с настороженностью и с опаской. Они не заходят с незнакомым мужиком в лифт, боятся мужской тени в темном переулке, ходят с газовым баллончиком – в общем, они всегда настороже. Ведь мужчина – животное непредсказуемое, и от него никогда не знаешь, чего ждать.
И ведь нельзя сказать, что эти опасения безосновательны. Чуть ли не каждый день мы читаем про отрубленные кисти рук, про расчлененную сожительницу, зверски замученную соседку, зарезанную бывшую жену и прочие кошмары. То таксист убивал пассажирок в их дни рождения, то подкустовный выползень насиловал проходивших мимо кустов медсестер. Мужья бьют жен, отцы – дочерей, отчимы – падчериц. Одним словом, женщинам вообще не позавидуешь. Они словно Машеньки, заблудившиеся в диком лесу и попавшие на обед к трем медведям. В роли еды.
Да, они часто пилят мужей. Строят их, винят, гнобят, изредка убивают. Но это исключительно из соображений самообороны. Ведь им страшно и плохо, а секса иногда хочется. Плюс к тому общество требует от них деторождения. И вот ради продления рода они вынуждены брать на себя функции дрессировщиц, которым приходится приручать дикого самца и потом всю жизнь контролировать его при помощи железного прута и ошейника.
Ну а то, что не все мужчины дикие, это уже мелочи. Издержки, так сказать. Их же физически не убивают. А в ошейнике походить не такая уж и большая беда. Некоторым даже нравится.