Прокурор озвучил, какое наказание просит для охранника ресторана «Каудаль», где сломали ногу подполковнику

В Петрозаводском городском суде завершилось судебное следствие по уголовному делу в отношении Руслана Гусейнова — человека, который, по версии следствия, сломал (да еще и специально) ногу подполковнику полиции. Идут прения сторон. Чуда не произошло: прокурор не отказался от обвинений, но согласился с переквалификацией статьи и не стал настаивать на реальном лишении свободы.

Напомним, что в ночь с 7 на 8 декабря 2024 года в ресторане «Каудаль» отдыхали сотрудники МВД. Охранникам заведения не понравилось поведение одного из правоохранителей, поэтому они его вывели и попросили уйти. Просьба переросла в конфликт. В результате на полу оказался и этот мужчина, и его товарищ. Охранники удерживали их до приезда росгвардейцев. В ту же ночь выяснилось, что во время ночного происшествия подполковник Алексей Борик сломал ногу.

Согласно обвинительному заключению, ногу Борику из хулиганских побуждений сломал один из охранников ресторана-  19-летний Руслан Гусейнов.

— Находясь в общественном месте, используя малочисленный повод и действуя из хулиганских побуждений, подошел к лежащему на полу потерпевшему Борику и умышленно нанес ему не менее одного удара ногой в область голени левой ноги, затем силой надавил своим коленом в область голени левой ноги потерпевшего. Подсудимым потерпевшему была причинена физическая боль и телесные повреждения, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровья, — начал свою речь прокурор. — По результатам рассмотрения уголовного дела в суде сторона обвинения полагает, что представленных доказательств достаточно для вынесения обвинительного приговора.

Первым делом государственный обвинитель отметил, что потерпевший с товарищем не отрицают, что выпивали до похода в ресторан и в самом ресторане, но конкретно Борик находился в адекватном состоянии и ни в какие конфликты с посетителями или сотрудниками заведения не вступал. Это подтверждают и записи с камер видеонаблюдения. В целом, по его мнению, все, что еще на стадии следствия решили следователи, подтвердилось, а все, о чем говорила защита — нет. Да, ни сам Борик, ни его друг не видели, чтобы ногу ломал именно Руслан. Да, ни один свидетель, допрошенный в суде, этого тоже не видел, но это ничего не значит. К показаниям почти всех этих людей нужно отнестись критически. Верить нужно только Борику, который говорит о том, что, кроме Руслана, его ногу сломать было просто некому, и двум охранникам, которые хоть в суде и отказались от своих показаний, на стадии следствия говорили совсем другое.

В то, что изначально те два охранника подписали документы под воздействием правоохранительных органов, прокурор, естественно, не поверил. Тем не менее, мы напомним о том, что говорил о событиях тех дней один из главных «свидетелей» обвинения:

— Когда нас задерживали (а произошло это через пять дней после истории в «Каудале», — прим.авт.), я не мог понять, почему это было с такой агрессией и силой, когда мы могли сами прийти в суд. Мы ни от кого не скрывались… Я находился на корпоративе от другой работы. У нас был новогодний корпоратив. Утром мы уже собирались ехать домой. Я был на улице. Складывал вещи в машину. Выбежали люди в масках и с автоматами. Положили на землю, стали бить, пинать, надели наручники. Ничего не спросили, не разъяснили. Поставили меня у Газели. Подошел сотрудник, еще раз ударил, после чего я упал. Закинули меня в Газель. Сказали, что «сейчас будет не очень хорошо за то, что вы сделали». Пришел мужчина с электрошокером и начал долго бить меня током. Сказали, что это за неуважение к нашим органам, — поведал суду Александр Никитин.

Потом его отвезли в Следком.

— Продолжили там избивать. Начали допрашивать. Я поначалу старался говорить правду, — признался свидетель. — Когда я говорил правду, мне говорили подумать еще раз… В какой-то момент у меня спросили, готов ли я пройти детектор лжи. Я сказал, что готов. И зашел мужчина в маске. Он схватил меня за шею. Начал ее скручивать. После чего я уже начал говорить то, что они от меня требовали – оговаривать Гусейнова. Я подписал бумагу, даже не читая ее. Я просто хотел выйти оттуда живым и добраться до родных.

На следующий день к Никитину приехали родители и повезли его по врачам. Кроме того, семья  обратилась в прокуратуру с заявлением об избиении, позже, уже с адвокатом, Александр дал другие показания в Следкоме. Но им сейчас прокурор и предлагает не верить.

Из пяти имеющихся экспертиз государственный обвинитель ожидаемо предложил суду при вынесении приговора опираться на ту, что подтверждает версию следствия, а не защиты (а такая тоже есть). Напомним, что Руслан и его защитники предполагают, что ногу подполковник мог сломать сам, когда упал вместе с одним из охранников.

В итоге прокурор изменил вменяемую Гусейнову статью на менее тяжкую (в этом плане у него не было выбора, так как эксперты установили, что у потерпевшего вред здоровью средней тяжести, а не тяжкий) и попросил приговорить Руслана к трем годам лишения свободы условно.