Музей «Кижи» прошел точку принятия решения
В музее «Кижи» неделю решали, как жить дальше. Для этого на острове собрали 30 ведущих сотрудников и дали им полную волю говорить все, что в голову взбредет, о любых, самых фантастических вариантах развития музея. В качестве третейского судьи и диспетчера этого коллективного потока сознания пригласили известного специалиста по музейному делу Алексея Лебедева, доктора искусствоведения, руководителя Лаборатории музейного проектирования Российского института культурологи и эксперта при Общественном совете Минкульта России, .
Семинар с участием независимых экспертов затеял нынешний директор музея, бывший губернатор Андрей Нелидов. Его мотивы, мягко говоря, нетривиальны. По собственным словам Нелидова, с его приходом многие ждали, что заповедный остров вот-вот придется спасать от неспециалиста, а получилось наоборот. Ознакомившись с предложениями сотрудников по развитию музея, новый директор был обескуражен их радикальностью, не сказать – революционностью. Поэтому он решил вынести все «за» и «против» на общее обсуждение.
Главным сюрпризом для Лебедева и его команды стало количество проектов, которые посыпались из музейщиков, как из рога изобилия. На старте семинара предполагалось, что каждая из трех рабочих групп сделает 1–2 проекта, а в итоге количество идей заметно превысило количество участников. Естественно, у приезжих экспертов возникло подозрение (и позже в кулуарах некоторые «семинаристы» его подтвердили), что проекты копились не первый год, но по разным причинам складывались в ящик стола.
При ближайшем рассмотрении революционность музейных проектов оказалась сильно преувеличена. Никаких сокращений охранной зоны или строительства коммерческих объектов в ней никто не предлагал. Скорее, наоборот.
Например, первый заместитель директора музея Дмитрий Луговой представил проект большой экспедиции по Заонежью, чтобы оценить состояние известных памятников и поискать новые. Цель – пополнить коллекцию музея на острове и создать его форпосты на дальних подступах. Там планируются новые маршруты, которые будут интересны не только туристам, но и местным жителям – как источник заработка.
Другой проект – открыть на Кижах обучающий центр для плотников. Как сказал реставратор Александр Куусела: «Дерево в постройках постоянно разрушается и требует замены. В конце концов от первоначального не остается ничего. Что же мы сохраняем? Мы сохраняем традицию. А сегодня технологии изменились, и чтобы не утратить традиционных навыков, нужна школа. Тогда Кижи станут «меккой» для реставраторов, а обучающий центр – еще одним объектом показа».
Известно, что сейчас всех посетителей водят по одному маршруту и нагрузка на южную часть острова, где стоит Кижский погост, достигла предельно допустимой. При этом о дальних секторах музея мало кто слышал. Чтобы понизить зашкаливающую плотность туристов и дать им более полное представление о музее, заведующая экспозиционным сектором Ирина Набокова предложила разбить стандартную экскурсию на модули, которые дадут гостям больше свободы маневра. Посетив Погост, они смогут выбирать продолжение экскурсии в зависимости от своих вкусов, интересов, возраста и т. д. В числе возможных модулей: встречи с мастерами народных ремесел, экологические тропы, путешествия по видовым точкам, водные и конные прогулки, программы фольклорно-этнографического ансамбля и многое другое.
В целом, все сошлись на том, что музей-заповедник, который входит в список всемирного наследия ЮНЕСКО, до сих пор был слишком неамбициозен для учреждения, по статусу, равному Лувру и Эрмитажу. Эту несправедливость музей твердо намерен исправить.
Все предложения, сформулированные на семинаре, будут представлены не только в проект Концепции развития музея, но и в проект Концепции развития так называемого Заонежского кластера, который разрабатывает природоохранная общественная организация СПОК.
В конечном итоге, организаторы остались довольны результатами семинара. А. Нелидов пришел к выводу, что думает в одном направлении с коллективом, а А. Лебедев счел, что точка принятия решения пройдена и дальше музею волей-неволей «придется идти на взлет».
