Блоги

Штирлиц подкрался незаметно

Тема эта прицепилась ко мне и вот уже несколько дней не дает покоя. Я же очень мало читаю так называемую правительственную прессу. Мне нравились колонки Панюшкина, Латыниной, Геворкян, Колесникова. Мне импонировали их отточенная логика, информированность и умение рассуждать. Я восхищался текстами Мостовщикова. В них поражали красота слога и очаровательная вычурность формы. Время от времени я натыкаюсь на симпатичные авторские блоги, и вдруг на прошлой неделе черт же меня дернул открыть сайт «Карелинформ» и прочитать текст Константина Бегунова. И я реально растерялся. Потому что я не понимаю, зачем? Зачем такое пишут и зачем за такое платят?

Нет, я не против альтернативной точки зрения. У людей могут быть разные взгляды на политику, они имеют право их высказывать, приводить свои доводы, подбирать какую-то систему доказательств. Кто-то будет более убедителен, кто-то менее. Это нормально. Я не против черного пиара. Почему бы не разоблачить вора, если он всем втирает, будто бы в жизни не спер даже ластика? Я даже пойму, если журналисты пороются в грязном белье политика, потому как, если ты перед выборами говорил, что белье у тебя чистое, изволь соответствовать. В общем, я далеко не прекрасный эльф, а вполне даже вредный дядька.

Но что же тогда так расстроило меня в этом бегуновском тексте? Я неделю пытался сформулировать свою основную претензию и понял, что в первую очередь меня обескуражил язык. Понимаете, это язык доноса. Тот самый язык, на котором Жданов «убивал» Зощенко и Ахматову, тот язык, на котором рязанские писатели исключали Солженицына из писательского союза. На этом языке газеты прошлого расправлялись с Пастернаком, после статей, написанных такими словами, арестовывали людей. Есть интервью со знаменитым советским драматургом Володиным. Он там вспоминает, что на заседании, когда распинали Зощенко, тот начал было каяться и вдруг закричал: «Не мучайте меня. Дайте мне спокойно умереть». Володин и еще один молодой писатель захлопали в знак поддержки. И тогда Константин Симонов сказал: «Два товарища в задних рядах присоединили свои аплодисменты к аплодисментам английских буржуазных сынков».

В этих уничижительных суффиксах, в ярлыках, в открытых оскорблениях заключалась мерзость того времени. «Упаднический поэт», «пошляк», «сволочь», «подпевала запада», «американский прихвостень», «буржуазные сынки», «лживые газетенки», «жалкие человечки». Унижение в СССР было прямым, грубым и страшным. Но с той же поры прошли годы. Безграмотная, аграрная страна худо-бедно научилась читать и стала, ура, самой читающей страной в мире. Мы всем тычем в глаза нашим Достоевским, приправляя его Чеховым и Толстым. Мы научились хамить красиво и посылать изящно. Все. На том языке больше не разговаривают. Он слишком примитивен и туп. Он не должен действовать на людей. И тут вдруг я вижу этого Бегунова с его «тявканьем», «визгливым лаем», «наушником Америки» и узнаю, что находятся чудаки, которые за это хорошо платят.

— За это очень хорошо платят, — написала мне журналистка из другого города. – Я сама делаю такие тексты. Под псевдонимом, конечно, и для других регионов. Но, главное, деньги за них дают отличные. Народ ведь такой язык лучше всего понимает.

А я не верю. Или, вернее, не хочу верить. Тут на днях меня позвал на разговор один из лидеров нашей местной «Единой России». Захотел поделиться своими мыслями по поводу окружения карельского губернатора.

— Ты, — сказал он, — заметь, что все, что бы они ни сделали, все проваливается. Словно специально вредят. Они пришли из какого-то спального района, со своими гатчинскими устаревшими технологиями, а эти технологии уже не работают. Не может редактор городской газеты быть идеологом целой республики, да и губернатор из района не может быть губернатором области.

Он имел в виду и провал на выборах мэра, и дикие выходки каких-то запуганных детей во время встреч градоначальницы с народом, и нелепую попытку перекричать протестный митинг. Все вроде правильно. Но абсолютно топорно. Оно не работает, но эти смешные люди не знают, как можно работать иначе, и платят деньги за тексты, которыми можно только дискредитировать и власть, и издание, и автора.

Хотя а вдруг они правы? Вдруг люди в массе своей действительно настолько просты, что примитивный язык доноса им ближе и приятнее нормального уважительного или чуть ироничного разговора?..

Впрочем, я же узнал, кто скрывается под псевдонимом Бегунов. Это мой старый добрый приятель, с которым знакомы мы с 17 лет. Он умен, начитан, и взгляды его вполне демократические. Да и та моя знакомая из другого города вовсе не так цинична, как хочет казаться. Так что, сдается мне, они просто играют в эдакую литературную игру, которая по итогу должна отвратить читателей от власти. Штирлицы! Наши милые засланцы в тылу неприятеля. Классная, между прочим, идея. Тем более что эти чудаки им еще за это и платят.

Главные новости в нашем Telegram