«Звонил, извинялся, плакал»: медик, прикованная к кровати после ДТП в Карелии, не получила компенсацию

Улыбчивая, невероятно позитивная Анастасия Кузина, бывшая медсестра Республиканской инфекционной больницы Карелии, два года назад попала в ДТП. Мы уже рассказывали, как она приспосабливалась к новым реалиям жизни, оказавшись прикованной к инвалидному креслу. В свои 38 лет она вынуждена была попрощаться с прошлыми мечтами и начать строить жизнь заново.

Анастасия позвонила в редакцию Daily и попросила помочь найти людей, которые помогли бы добиться взыскания с виновника аварии законной и справедливой компенсации. Дело в том, что виновник аварии, в которой она пострадала, не получил в итоге уголовного наказания из-за новых поправок в закон. И теперь, чтобы взыскать с него компенсацию в пользу той, чью жизнь изменил навсегда, нужно снова проходить миллионы судов.

Напомним, страшное ДТП произошло в конце марта 2024 года, когда Анастасия ехала на своем «Форд Фокусе» в Олонец, чтобы устроиться на работу фельдшером. Она снизила скорость перед грейдером, который чистил дорогу, а вот водитель грузовой «Газели» сзади притормаживать не стал. Он столкнулся с попутным «Фордом», который от удара врезался в автогрейдер... Анастасия получила множественные ушибы, травмы и перелом позвоночника.

Никто не торопился

Анастасия рассказывает, что ее дело с самого начала вызывало много вопросов. Например, она удивлялась, почему у нее так долго не берут показания.

— Я провела какое-то время в реанимации после операции, затем достаточно долго лежала в больнице и была с абсолютно сохранным сознанием, в твердой памяти. Но за все это время до меня так и не дошел следователь, который работал по уголовному делу, заведенному на водителя «Газели». Потом я уехала на реабилитацию в Пряжу, он позвонил мне и спросил, может ли меня навестить. Я ответила «да», но он так и не приехал, — говорит Анастасия.

В итоге следователя она увидела только в начале 2025 года, услышав: «Ну, вы же понимаете, вы же не одна у нас».

— Потому что уже в конце-то концов, как будто бы меня уже должны были 100 раз допросить, ознакомить со всеми экспертизами. Я сама приехала к нему со своим адвокатом. Заметьте, платным (несмотря на то, что я теперь инвалид I группы, инвалид-колясочник, бесплатно адвоката пострадавшей стороне не дают). Между тем подсудимому адвоката предоставили государственного (правда, по итогу он его оплатил — прим.редакции). А еще мне физически в Прионежский суд было сложно попасть, так как нужный отдел находится на четвертом этаже в здании без лифта. На секундочку, пандус-то у них, конечно, имеется, но перед пандусом такая яма, что туда просто не залезть. С горем пополам папа меня там поднимал. Чтобы меня допросили, пришлось полтора часа ждать, пока они спустятся вниз в актовый зал, — говорит девушка.

Больше года длилось следствие. Экспертизу здоровья Анастасии провели, экспертизу ее машины, автомобиля виновника аварии и грейдера, который получил повреждения, — тоже.

— Всех допросили. Ни у кого никаких сомнений не возникало, что человек виноват. Затем почти год длились суды. Пока они шли, я не могла получить страховку, без результата по уголовному делу мне ее никто не давал. У меня медицинское образование, в своей профессии я подкована. Но, к сожалению, всякие юридические моменты не совсем понимаю. Поэтому, естественно, я наняла человека, который будет заниматься моим делом. И сначала всем все было понятно, все были на моей стороне, говорили: «Не переживайте». Адвокат второй стороны предлагала выплатить компенсацию. Виновник звонил, извинялся, плакал. Он готов был на любые мои требования, вплоть до того, чтобы приезжать и помогать мне достраивать дом. Но ровно до момента, пока над ним висела уголовная ответственность...

Никто ничего не должен

В 2025 году вступил в силу новый закон, и Минздрав решил пересмотреть критерии и перечень тяжких телесных повреждений.

— И сейчас, если вы сидите, то лучше сидите, да? Все мои травмы теперь относятся к травмам средней тяжести, — говорит Анастасия, которую переполняет шквал эмоций. — Причем в первый раз по моему вопросу собирали комиссию, в которую входил главный внештатный нейрохирург и главный внештатный рентгенолог. Они выдали свое экспертное мнение, что мои травмы являются тяжкими телесными повреждениями. Но как только вступил в силу закон, уже не нужна была никакая комиссия, — говорит Анастасия.

В диагнозе между тем: тупая травма груди, ушиб легкого, пять сломанных ребер и три сломанных позвонка. Но всего этого для тяжких телесных теперь недостаточно.

— Это абсурд. Ломает меня от ситуации просто конкретно. Потому что человек, который сломал мне жизнь, сломав позвоночник, получив решение суда, просто пошел жить свою прекрасную жизнь. Уголовное дело благополучно закрыли. А я сижу и думаю, что мне теперь делать? Мой адвокат сказал, что мы можем подать апелляцию, но это ничего не изменит. Хотя все это произошло в 24-м году, а заканчивается не по моей вине только в 26-м, когда принят новый закон, — говорит девушка.

Есть решение?

Чтобы взыскать какую-то компенсацию, теперь нужно идти в гражданско-правовой суд. И сама сумма компенсации будет уже совсем другая.

— Это всё равно что вы едете на велосипеде, вас нечаянно кто-то толкнул, вы упали, поцарапали коленки, и вот вы предъявляете претензию в гражданско-правовой суд. А вот я, в инвалидной коляске с кошмарными осложнениями, пытаюсь сейчас каким-либо образом улучшить свое качество жизни, потому что прекрасно понимаю, что на ноги я не встану, у меня есть тяжелые осложнения, с которыми мне нужно как-то приспособиться жить. На операцию меня никто не хочет брать. И я еще должна отстаивать право на получение хоть какой-то компенсации, — говорит Анастасия.

Кстати, еще один факт вызвал ее недоумение: во время суда не была установлена причинно-следственная связь между виной водителя и тем, что девушка оказалась в инвалидной коляске.

— Это как? То есть они говорят, что он виноват в аварии, но якобы дальше может быть дефект транспортировки, дефект того, как мне оказывали медицинскую помощь (то есть это иск к БСМП и МЧС, которые занимались моей транспортировкой и операцией) и вплоть до того, что я виновата в этом сама, потому что я толстая. Понимаете, какой абсурд? И получается, что я пострадала просто из-за стечения обстоятельств. Просто потому, что какой-то неопытный водитель сел в машину, которая не принадлежала ему, повез груз, был уставший, не смотрел на дорогу (я не знаю, по каким причинам можно было не заметить, извините, автогрейдер с огромной мигалкой). И вот он теперь пошел жить свою лучшую жизнь, а я... Моя машина в хлам, моя жизнь в хлам... — говорит Анастасия, которая искренне не понимает, от чего такая несправедливость.

«На деньги не соглашайся»

После того суда водитель больше не предлагал помощь. Как только с него сняли уголовную ответственность, он больше не звонил. Видимо, ждет иска по гражданского-правовому делу (если до него дойдет, конечно).

— А мне мой адвокат говорил ранее: «Ни в коем случае ни на какие деньги не соглашайся. Только то, что присудит суд". А по суду мне ничего не присудили... Я еще и 200 тысяч рублей потеряла, заплатив за услуги этого представителя. Плюс мне только спустя 2,5 года пришла компенсация по ОСАГО за машину. А мне, если честно, только за все потраченные нервы хочется предъявить иск за моральный ущерб в миллиардах! Я смотрела на следователя, прокурора, судью и думала о том, что да, все они устали, это человеческий фактор, и в то же время такое может случиться с каждым, и закон всегда должен защищать пострадавшего, — говорит девушка.

Она в том числе переживает за тех, кто вовсе не имеет возможности защитить себя, подать элементарно в суд из-за физических особенностей здоровья и отсутствия денег и помощи со стороны.

— Представьте, мне повезло, что у меня есть вот такой блок поддержки и помощи в лице родителей, друзей, коллег. А ведь он же есть не у каждого. А я — черт с ним, с коляской. Можно жить в коляске и работать в коляске, и для меня это была бы не проблема. Меня готовы и в поликлинику взять, и чуть ли не фельдшерский пункт мне даже дать, лишь бы я работала. Руки работают пока что еще, голова абсолютно сохранная, интеллект у меня, как говорится, выше среднего. А медиков и так не хватает в стране, да и хотелось бы, конечно, быть полезной в этом плане. Но из-за осложнений (у меня нервная система работает совершенно по-другому теперь) я не могу. И мне бы думать вот об этом, да? Искать где-то каких-то профессоров. А я вместо этого занимаюсь судами и ищу элементарную справедливость, — говорит девушка.

Если вы сталкивались с похожей ситуацией или знаете, чем можно в этой ситуации помочь Анастасии, напишите, пожалуйста, в личные сообщения группы Daily.