«Первой начала пить дочь, хотя я думала, что будет наоборот» Родственники алкоголиков рассказывают о том, как думали, что сходят с ума, не верили, но в итоге обрели надежду
Личный опыт

«Первой начала пить дочь, хотя я думала, что будет наоборот» Родственники алкоголиков рассказывают о том, как думали, что сходят с ума, не верили, но в итоге обрели надежду

Мало кто знает, но созависимость — такая же страшная болезнь, как и алкоголизм, а близкие люди могут подталкивать употребляющего человека продолжать пить. Поэтому выработать правильную линию поведения, отделиться от зависимого человека и жить своей жизнью — это уже большой шаг вперед. Помочь созависимым родственникам может группа «Ал Анон». Рассказываем истории о созависимости и делимся информацией о том, где искать помощи, если вы попали в похожую жизненную ситуацию.

«Я пришла спасать сына»

Я прихожу на встречу группы «Ал Анон» — свои истории анонимно согласились рассказать 5 женщин. Некоторые из них ходят на встречи годами, а кто-то только-только решился искать помощи извне. Слушать эти рассказы, с одной стороны, моментами невыносимо, но, с другой стороны, ты видишь, что надежда есть. Главное — работать над собой, а не бесконечно спасать своих близких.

Я хожу в группу около двух месяцев — пришла спасать сына. Ему 22 года, он страдает от наркотической зависимости. Когда я узнала об этом, то насильно отправила его на реабилитацию. В ноябре у него произошел срыв, а я сразу же побежала на группу для созависимых. У меня была мысль повторно отправить его на реабилитацию, но я поняла, что действовать надо по-другому. Сейчас я не знаю, где мой сын. Он какое-то время пожил со мной, но потом пропал, сказал, что не может больше с нами находиться. На группе я поняла, что я не одна такая, что мне могут оказать помощь. Я пока что больше молчу, слушаю чужой опыт. У нас все по желанию.

У меня дети пьют: и дочь, и сын. Первой начала пить дочь, хотя я думала, что будет наоборот. Очень долго до меня не доходило, что у них алкоголизм. Мне казалось, что это распущенность, неумение пить алкоголь. Потом я поняла, что со мной происходит что-то непонятное: я стала злая, раздражительная, взвинченная, кричала, не могла спокойно говорить. Я думала, что схожу с ума. Я пошла к психологу, а он мне посоветовал обратиться в группу «Ал Анон». Хожу уже пять лет — стала понимать, что такое болезнь. Сейчас я четко понимаю, что это не я виновата в том, что они пьют. Так получилось. Если человек захочет, то он поможет себе, а своим поведением поможет своим близким. Самое важное понять, что криком ничего не добьешься! Своим незнанием я помогла им быть в употреблении столько лет. Сейчас же я чувствую, что в моей дочери есть изменения (она тоже проходила программу). Одна я, конечно, не справилась бы. Я очень рада, что нашла дорогу сюда.

Мой муж — алкоголик. На первых порах у меня была иллюзия, что если об этом не говорить, то никто не узнает. То, что муж пьяный ползает по двору, то это ладно. Пока не сказал — все в порядке. Принять, что это есть в моей жизни — это было очень страшно. Я вместе со свекровью до последнего боролась со своим мужем. В доме постоянно были скандалы, хотя муж не был агрессивным. Мы ходили вместе кодировались (обратите внимание — я не пью, но ходили вместе), просила отчитываться мастера завода, где он работал, вместе с ним ходила к наркологу. Я даже просила врача убедить мужа в том, что он умрет, если не бросит пить. Я свято верила, что человек может не пить только когда боится смерти. По себе помню, в каком вакууме я находилась. Муж пьет, поговорить особо не с кем. Ну, выплеснешь злобу и, что с того? На работе и перед соседями делаешь вид, что у тебя образцовая семья. А в душе очень больно. Очень. Полный мрак, не передать. Когда у меня проблемы с сыном начались, то вообще стало невыносимо. Когда в 23 года он попал в реабилитационный центр, то я узнала, что он семь лет употребляет. Так сложно признаться себе и перестать чувствовать свою вину. Сейчас я себя одергиваю — это не моя вина, а его личное решение. «Ал Анон» научил меня отделить себя от близкого. Мне было важно выйти из всего этого — ведь мы тихо и социально приемлемо погибаем от «нервных болезней» . Я тогда и сейчас — два разных человека. И да, муж не пьет уже много лет. С сыном выстроились замечательные отношения. Я даже не мечтала, чтобы сын мне писал: «Мама, я тебя люблю». Сейчас у нас нормальные отношения, мы решаем вместе вопросы как настоящая семья.

«Сейчас у меня к нему огромное сострадание»

У меня пьет сын. До прихода в программу отношения с сыном были ужасные. Мне казалось, что он издевается, придуривается, что он ни во что меня не ставит. Я никак не могла понять, что трезвый здравомыслящий человек не может ничего понять. Был тотальный контроль и ненависть. Как любая мама я считала, что должна любыми действиями оторвать его от бутылки. У меня тоже была иллюзия, что во всем виновата именно она. Как только уйдет бутылка — все будет прекрасно и замечательно. В итоге я пошла искать помощь и попала в группу «Ал Анон». Только там я поняла, что можно изменить свое отношение к жизни, прийти к здравомыслию. И это здравомыслие уже повлияет на моего сына.
У меня был тотальный контроль, я вытаскивала его отовсюду, устраивала на работу, устраняла все последствия. Казалось, что вот-вот и он бросит. Но оказалось, что это просто иллюзия. Сейчас у меня к нему огромное сострадание, понимание его болезни, понимание того, как он мучается. Надежда для меня — это люди, которые избавляются от алкоголизма. А с сыном у нас нормальные отношения — по крайней мере, он не боится со мной общаться.

— У меня тоже зависимый родственник. До прихода в «Ал Анон» я понимала, что я делаю что-то не то. Вызывала врачей, отвозила в наркологию, наблюдала все эти страшные картины. Я была палочкой-выручалочкой для него, почему бы ему было не продолжать пить? Я головой понимала, что делать этого не надо было, но не могла заставить себя перестать это делать. На первом же собрании мне что-то открылось и я перестала. Ко мне пришло понимание души алкоголика — ему настолько плохо в трезвости, что он не может не пить. Он терпит, терпит, но потом все равно срывается. Когда я поняла, что человек страдает от этого, то стала к этому по-другому относится. Внутренне я постепенно стала меняться. Мой родственник тоже пришел в сообщество, начал восстанавливаться. Я даже об этом не мечтала. Так получилось, что мы ходим в группы, выздоравливаем каждый по своему. В доме тишина, спокойно разговариваем друг с другом. Он не идеальный, конечно, пьет, придумал свою дозировку, но меня уже это не так волнует.

Участники группы «Ал Анон» отмечают, что ни в коем случае нельзя решать проблемы алкоголика. Так вы снимаете с них ответственность.

Родственникам надо дать почувствовать последствия своего употребления, так как постоянное заглаживание последствий снимает с них ответственность, они особо не думают — ну, попил, мама устроила на работу, одежду купила. Красота! Почему бы и не пить? У нас один анонимный говорил так: «У меня был волшебный домик. В нем были волшебные кастрюльки, которые были всегда полные. В волшебном шкафчике висела чистая одежда. Почему бы мне не пить?».

«Близкое окружение человека помогает ему пить»

Психолог и член группы, Тамара Петровна вручает мне внушительную папку с материалами об алкоголизме и рассказывает о своем видении созависимости. «Иногда мне казалось, что иному алкоголику надо уйти из семьи, чтобы обрести трезвость», — цитирует Тамара Петровна исследователя и психолога Клода Штайнера и эта мысль, на первый взгляд, кажется крамольной. Но вникая в объяснения понимаешь, что все действительно обстоит именно так.

Родственники и близкое окружение зависимого человека могут помогать пить. Например, устраняя последствия пития. Еще хуже звучит мысль о том, что им это может быть выгодно. Каким образом? Зависимый человек никуда от вас не денется, поэтому вам выгодно, чтобы он оставался в зависимости. Кажется, что это выходит за рамки здравого смысла, но это действительно так. Я несколько лет работала в наркологии с созависимыми людьми. Опыт работы, изучение литературы и свой личный опыт дает мне понимание того, как надо бороться с алкоголизмом, — делится Тамара Петровна.

Тамара Петровна считает, что алкоголизм оброс мифами, а в нашем обществе процветает невежество по этому вопросу. А проблема в России стоит очень остро.

Это может показаться высокопарным, но сегодня этот вопрос — дело спасения нации, потому что мы стоим на грани. Раньше я видела статистику ВОЗ, что предельная норма пития 8 литров на душу населения. Сейчас — 18 литров. От алкоголизма умирают больше, чем от ДТП и болезней! — рассказывает она.

Алкоголизм — одно из самых страшных и загадочных заболеваний XXI века. Нам кажется, что беда заключается в распущенности, отсутствии силы воли, наследственности — но все это не причины болезни. Все дело в личности человека, а многие созависимые люди этого не понимают. Изначально надо принять мысль, что дело не в бутылке, а в отношениях: к самому себе, к другим людям, к жизни вообще. Приходя в группу «Ал Анон» родственники говорят: «Я хочу, чтобы он бросил пить». Но изменить другого человека невозможно. И когда приходит понимание этого факта, тогда и начинается выздоровление созависимого человека.

Алкоголизм — тонкая проблема, которая может быть непонятна самому человеку, она имеет несколько аспектов: социальный (очень трудно не пить, когда со всех сторон навязывается), психологическая (в душе что-то не в порядке, болит душа), биологическая (тело) и духовная (отсутствие смысла жизни). Если мы тянем одну ногу из трясины, а одна там остается, то толку нет. Нужно оказывать помощь во всех сферах, — рассказывает Тамара Петровна.

Что такое «Ал Анон»? Как устроена программа?

Члены группы рассказывают мне, что «Ал Анон» — это уникальная некоммерческая организация. Созависимость — это зеркальное отражение алкоголизма, поэтому название этой организации зеркально дублирует «Анонимных алкоголиков».

«Лечение» в группе «Ал Анон» построено по программе 12 шагов (кстати сказать, она одинакова для всех зависимых людей — игроков, алкоголиков, наркоманов, компульсивных обжор). Над созданием этой программы работали алкоголики, психотерапевт Карл Юнг, а также члены христианской общины. В группы могут ходить люди любой конфессии, в том числе и атеисты.

Важно понимать, что это не секта, а содружество родственников и друзей. В группе не обязательно представляться, можно назвать любое имя — никто ваши паспортные данные просить не будет. Встречи проводятся бесплатно, люди скидываются только на аренду помещения. Конкретного руководителя в группе нет, ведущего выбирают на каждой группе.

Каждый месяц вырабатывается план занятий по программе «12 шагов». Участники изучают литературу, проходят шаги, делятся опытом, рассказывают о своих изменениях. Никто не спорит и не навязывает мнение, а также никто не дает советы. Родственники на группах по лечению созависимости получают знания о сути алкоголизма, освобождаются от презрения, осуждения, обиды, злобы и чувства стыда. Они начинают понимать, что в такой ситуации они могут выстроить такие отношения с близким человеком, когда он сам захочет искать себе помощи.

Конечно, можно найти «12 шагов» в Интернете и прочитать их. Однако, как поясняют участники группы, это ничего не дает: теорию надо закреплять на практике.

В Петрозаводске в группы «Ал Анон» ходит около 20 человек. Раз в неделю созависимые собираются и работают по программе «12 шагов». Если вы заинтересовались программой, то вы можете связаться с организатором по телефону +7-911-426-35-06 (или +7-921-221-78-45). Группа собирается по понедельникам в 19:00 по адресу: ул. Чернышевского, д. 24.

Миссия «Губернiя Daily» — быть самым интересным и необычным интернет-порталом. Сайт создан журналистами газеты «Карельская Губернiя».

Архив

© 2011-2020 Губерния Daily. При использовании информации, размещенной на сайте «Губернiя Daily», активная ссылка на материал обязательна

Наверх
Change privacy settings