По ту сторону
Когда мужчина уходит из семьи и оставляет детей – это, безусловно, трагедия. И, наверное, не важны причины их расставания, потому что ребенок страдает больше всех. Он ни при чем. Он знать не знает и ведать не ведает, что папа загулял, что мама «съехала с катушек», что бабушка дня не проживет, если не задаст вектор направления своему «ненаглядному» зятю и тому подобные причины.
Риторический вопрос на тему: «Почему никто из участников семейного воспитательного процесса не подумает о ребенке?» оставим риторическим. Откроем другой: «Почему мама иногда способствует тому, чтобы оставить своё дитя без отца?»
Да, да! Именно мама!
Всегда странно, как так случается, когда папа не очень общается или вообще не общается со своим ребёнком. Как мама, я понимаю обиду и претензии оставленных женщин к некогда любимым мужчинам. И, возможно, никогда бы не поняла таких «бывших» отцов, если бы однажды просто мужчина, бывший муж и отец, не поведал мне причины «необщения» со своим ребенком.
Хотелось бы сразу сказать, что этот знакомый мужчина не из Карелии вообще, а просто из России, причем из столичной. Обычная история: влюбились, поженились, забеременели, родили ребенка. Время вышло непростое. Конец девяностых годов. Кризис. Бизнес рухнул. Приняли решение оставить столицу и переехать в провинциальный городок, где была возможность начать все сначала. Переехали, обосновались, ребеночек подрастал, бизнес потихонечку снова пошел в гору. А жена очень хотела вернуться обратно. Так сильно хотела, что однажды собрала ребенка и уехала к маме в столицу. Желания мужа её, я так поняла, не особо интересовали, и даже его просьбы о том, чтобы она не рушила семью, чтобы подумала о сыне, чтобы не принимала таких резких движений, не возымели результата. Тот факт, что он не бросил свой бизнес, недавно купленную квартиру в кредит и не помчался за ней с её прихотями, очень возмутил её. И она была такова.
Маленький ребенок уехал, а папа остался. Отец скучал, звонил, приезжал. Но увидеться практически никогда не удавалось. И всегда была причина: то мама с ребенком ушла на какие-то занятия, то на какие-то процедуры, то просто уехали, зная, что папа в это время приедет. Он, с подарками и желанием общаться и любить своего ребенка, едет сутки до столицы, а к нему попой. Вот, мол, такой ты да эдакий, не захотел с нами ехать, а захотел самореализовыват
Свято место, как известно, пусто не бывает, и здесь все опять вышло обычно. Нашлась новая любовь, снова свадьба, снова беременность, и снова сын. Теперь попытки встреч с первым сыном становились реже, все равно увидеться не удастся. Счастливый брак, любимая жена, любимый сын. Заставка на телефоне – сын. Домой спешит – к семье. Трудится и бизнес развивает – для семьи. И в этот раз всех все устраивает, и не надо оправдывать чьи-то ожидания, не надо постоянно доказывать, что жизнь в провинции – это не ссылка, и что временные трудности у настоящего мужчины случаются, но они поправимы.
Я все спрашивала его: «Ну почему ты не добиваешься? Почему не пытаешься доказать правду? Почему не пойдешь в суд?»
Он отвечал: «Тебе не понять. Я только привык к нему, а его забрали. Конечно, мне было плохо, досадно, что я не могу повлиять на ситуацию. Что суд? Я живу за 1000 километров от них. Я просто физически не могу быть там каждые выходные, например! Это моя боль, и я к ней привык. С годами она притупилась. Скажу тебе откровенно, сейчас я уже успокоился. Сколько я стучался туда!.. После нескольких лет таких вот мучений, я, наверное, сдался. Это низко, но так устроены многие мужчины. Я подлец. Оправдание только одно – вечная занятость и другая семья. Надежда всё-таки есть: он подрастет и захочет узнать правду, а может сам её поймет».
«Но время же уходит! Ты ведь не видишь его, не слышишь, не обнимаешь! Ну как так? Зачем быть этим подлецом?»
«Время не вернешь, оно уже ушло. Так же, как и желание что-либо доказывать…»
Сейчас его старшему сыну, по-моему, лет 15, и они практически не общаются.
Для меня как-то всегда было не открытие, что мужчины никогда не будут так чувствовать и любить своего ребенка, как это происходит у мамы. Было всегда понятно, что с ними нельзя играть в такие игры: сегодня разрешаю, а завтра – нет, в пятницу разрешаю, а вот в воскресенье опять не разрешаю, а потом снова не разрешаю. А в очередной раз уже и разрешать-то будет некому. Он уйдет. Он не будет всю жизнь бегать, преследовать, настаивать. Как так можно не любить своего ребенка, чтобы не способствовать встречам с отцом? Пока он действительно этого хочет…
А что, если забыть про своё великое «горе» и не мешать детям и их отцам проводить время? Нет? Это совсем невозможно? Мы себя так сильно любим и жалеем, что никак не можем стать адекватными взрослыми людьми! Мы сначала обижаемся и пытаемся отомстить этим неразумным существам, принося в жертву собственных детей. А потом голосим и удивляемся, почему это он такой безответственный козёл, видишь ли, не приезжает и не настаивает на встрече? А не сами ли мы таких вот «козлов» когда-то выбирали? Не сами ли мы решаем родить, а потом вдруг узнаем, что у него-то жизнь не особо меняется после появления ребенка? Не сами ли мы потом по 150 раз названиваем ему, когда он ушел на футбол с пивом? Нет, мы его, конечно, отпускаем, но потом говорим: «Ага! Ты вот гуляешь себе! А я-то не могу, как раньше! Я-то ребенка, между прочим, твоего здесь воспитываю, пока ты там со своими дружками пивко попиваешь! И не стыдно тебе? И не жалко тебе меня? Да вообще, как ты так можешь? Ты не любишь меня! Вот и я тебя не люблю! Вот и живи со своими дружками!» А не сами ли мы сначала заявляем ему, что мы будем рожать этого ребёнка для себя, и если он не хочет, то может и не принимать участие в жизни их сына или дочки? Слышим в ответ вымученное: «Ну, да. Давай рожай. Буду, значит, участвовать». А потом, родив ребенка, все ещё удивляемся его невнимательной натуре! Не сами ли мы забываем про макияж и эпиляцию? А не сами ли мы выбираем не тех? А не сами ли мы пилим и тех и не тех? А не сами ли мы в ответе за то, что наш ребенок растет без отца?
Как-то давно видела фильм, и сюжет мне очень запомнился. Девушка забеременела от некогда любимого парня. Он отказался от этих проблем. Она родила и пару месяцев спустя оставила ребенка у него. В записке она указала срок, за который уладит свои дела и когда вернется обратно за ребенком. А сама уехала по делам. Ребенок кричал и плакал, требовал питания, любви и заботы, и мешал папе жить холостяцкой жизнью, вдобавок старший папа с новой молодой женой решили отправить этого молодого папашку на вольные хлеба. Ребенка сдать ему вроде как совесть не позволила. И вот он, вдоволь наскитавшись и привыкши уже к своему ребенку, понял, что он полюбил свое же дитя. И расставаться с ним он уже не хочет, и не мешает ребенок ему, а радует. Девушка вскоре вернулась и дитё забрала. Вместе жить они так и не стали, но с тех пор папа постоянно приходил и забирал ребенка к себе. Мама этому не мешала, не предъявляла претензий, не унижала и не мешала им.
Неужели это так сложно?
