«Русский мир» на тропе войны

В Москве неподалеку от Казанского вокзала молодые симпатичные парни раздавали прохожим листовки. Было в парнях тех что-то военное. То ли штаны, то ли выправка, то ли волочившийся за спиной парашют. Я подошел к одному из них и испросил позволения воспользоваться его листовкой. В смысле, ознакомиться с содержанием. Он дал, я взял, ознакомился и оторопел.

В принципе я чего-то такого и ожидал. Думал, что это какие-нибудь подлинные патриоты борются за Россию. Может, думал, зовут на войну с супостатами или предлагают запретить женщинам красить волосы, ну или просто приглашают на «Русскую пробежку» в лесок. В целом вектор я угадал правильно, но ошибся в деталях. Оказалось, что это движение «Русский мир» борется с фильмом «14+». Оторопел же я оттого, что уже видел это кино. Летом в Вологде на кинофестивале. И это было самое милое, самое доброе и самое прелестное российское кино из всего, что видел я за много последних лет.

Я еще думал, что вот же, как можно весело, умно и деликатно рассказать о подростковой любви. За месяц до этого я посмотрел тоже вполне неплохой фильм «Однажды». Там тоже подростки и тоже любовь. Только в 1972 году. То есть в эпоху, более близкую мне по времени. Но я смотрел и не узнавал себя. Какие-то мотоциклы, рельсы, арбузы, верующий одноклассник – не было у меня ничего такого. А в этом кино про современных подростков я себя узнавал. Ну, ведь потому что именно так влюбишься и смотришь, как баран. И оторваться не можешь. И узнаешь, где она живет, и вычисляешь маршрут, которым она ходит. И караулишь ее три часа, подстраивая как бы случайную встречу. И заготавливаешь «непринужденную» речь для знакомства, но, увидав ее, со страху засыхаешь, как тушканчик, притворившийся палочкой. А потом непонятно зачем ты идешь следом, прикидываясь случайным прохожим. И, если она вдруг обернулась, падаешь завязывать шнурок, словно нелепый сексот, следящий за Лениным.

Ей-богу, я даже бежал однажды точно так же. Полюбил в метро девочку. Смотрю, люблю, молчу. Я практически каждый день влюблялся в метро, но благоговейный страх пред прекрасной дамой парализовывал мои члены. Но в тот раз я перемог себя. Она вышла, и я за ней. Не спеша, словно тоже по делам. Она в троллейбус, и я туда ж. Подошел к водителю за талончиком, дождался остановки, купил, оборачиваюсь, а она уже вышла. И троллейбус тронулся. О, как я бежал эту остановку назад. Как страус нанду, а может, даже как сам Усейн Болт. И в «14+» та же история.

А какая там великолепная мама. Что не появление в кадре, то цыганочка с выходом. Смешная до приступа. И при этом за смехом этим и одиночество, и слабость, и трогательность, и, самое главное, сказочная любовь к сыну. А эти молчаливые родители девочки! Папа же там, честное слово, разговаривает ушами – такие они у него со спины выразительные. А как подруга пришла извиняться! Это же не монолог, а песня! Да, вообще, все сделано с грандиозным вкусом. И этот детский поцелуй, и их полуголое лежание на диванчике – все сделано предельно деликатно и целомудренно. Но вот у  Казанского вокзала стоят молодые симпатичные парни и организовывают митинг против этого фильма. И называют они себя «Русским миром».

Они хотят донести до органов власти «простой и понятный сигнал — российское общество больше не собирается мириться с антикультурой порока и пошлости». Они уже обращались в прокуратуру, в Следком, в Минкульт и Роскомнадзор. Они уверены, что эта картина «пропагандирует  педофилию, ранние половые связи, употребление алкоголя детьми и аморальный образ жизни». А еще она «дискредитирует родителей и педагогов». Они хотят привлечь к ответственности чиновников Министерства культуры и режиссера. И они зовут на площадь всех «здравомыслящих людей».

Наверное, на них можно было бы не обращать внимания, но не получается. Потому что подобные настроения все больше овладевают нашим обществом. Газета «Культура» — официальный рупор российского Минкульта — уже отрапортовала, что пошлая, страшная и растленная новая драма больше не проникнет на подмостки наших театров. Опять начались разговоры, что искусство обязано «просвещать и поднимать», причем тупо на «положительных примерах». Не думать, не рассуждать, не упираться в неразрешимость вечных, проклятых вопросов, не искать, а быть факелом и светить. Пусть вопреки жизненной правде. Главное, чтобы литературным языком и в правильном направлении.

Я недавно писал про Его Воробейшество из «Игры престолов». Такая мрачная секта праведников. Они там сначала тоже были тихими и неприметными. Слово доброе людям несли. Только что у Казанского вокзала не стояли.