Солдаты неудачи

Я, знаете, страшно не люблю пафосности. Вот такого, чтобы с понадрывом да со слезой. Патетика кажется мне фальшивой и неестественной формой выражения мысли. Серьезные лица ну вообще не убеждают. Мне кажется, что обо всем можно говорить шутя. Легко, просто и без нажима. Но иногда, очень редко, все-таки пробирает.

Понимаете, это ведь наш город. Мы выросли здесь. Здесь мы ходили в детские сады, учились в школе, заканчивали техникумы или вузы. Это наши улицы и наши дворы. В конце концов, мы все знаем друг друга. Город наш невелик. Если не лично, то через друзей, через родственников, но все мы знакомы. Мы часть этого города, и город давно уже стал неотъемлемой частью нас самих. Даже ненавидя свой город, мы любим его, так как некуда нам деться от наших воспоминаний, от нашего детства и нашей молодости. И, черт, я не хочу, чтобы у меня дома мной управляли те, кому реально плевать не только на меня, но и на нас всех.

Чувствуете, поперла дурацкая патетика? Терпеть ее не могу. Но накатило чего-то. Да, среди моих старых приятелей есть те, кто ушел в политику, есть предприниматели, полицейские и чиновники, полно тех, кто не разделяет мою точку зрения, но мы выросли вместе. Это наши с ними дела и наши с ними отношения. Мы играли в одних студенческих юморинах, ездили в одни стройотряды, спали в одной палатке на военных сборах. Мы поспорим и помиримся. Мы наорем друг на друга, а завтра уже будем бегать за мячиком на одном футбольном турнире. В конце концов, нам всем небезразлично, что станет с городом нашей юности. А ИМ безразлично.

Кто они, все эти худилайнены, певганены, галкины, громовы, федоровы, баевы, беховы? Наемники, солдаты удачи, циничные проходимцы, приехавшие срубить бабла и уехать? Зачем они здесь? Что им до нас? Ничего. Они просто приехали заработать. Мы для них дикое туземное племя, на земле которого растут деньги. У них нет ни принципов, ни идеологии. Согласен, по большому счету, эти атавизмы сегодня не сыскать и у многих из нас, но у нас здесь дом, а у них тупо кормушка.

Летучая бригада провинциальных, подпитерских функционеров захватила все ключевые позиции в республике и собирает урожай с полей. Бывший редактор газеты из Твери (это та станция, где наш поезд стоит аж целых 2 минуты) учит нас жить. Целая москвичка Бородина приехала подсобить партии власти остаться у власти (в ситуации, когда все несогласные сидят или могут сесть, ну очень сложная задача), а ее холеный супруг Бехов приехал, похоже, заработать на новые запонки с его инициалами. А оплачиваем его запонки мы. И его запонки, и ее сумочку, и еду Певганена, и одежду Баева. Но за что? Что хорошего они нам делают? Друг другу, наверное, делают. Себе делают. Но нам они не делают ничего, а содержим их мы.

Они же уедут. Никто из них не останется здесь жить. А значит, зачем им думать о будущем нашего города? Они не думают о его будущем и не дорожат его прошлым. Они… Черт, начал писать вчера ночью, но уснул. Просыпаюсь, а настроение другое. И чего, думаю, я на ребят взъелся? Ну, приехали и приехали. Работа у них такая. Каждый зарабатывает как умеет. Дедушка Ху вообще не виноват – его сюда сослали и не спросили. Он тут как Пушкин в Михайловском. Как Ленин в Шушенском. Как Штирлиц в Берлине. Не позавидуешь.

Да и, в конце концов, с чего я взял, что они обязательно уедут? Может, они приехали в Петрозаводск из Гатчин своих благословенных да и полюбили нас тут всем сердцем. Как Рюрики. Рюрики же не вернулись. Так на Руси и осели. И владели русичами долго и счастливо. Или, например, София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская. Тоже, между прочим, хорошо здесь обосновалась. Слыла матушкой и имела Орловых, Потемкина да и вообще всю страну. Джугашвили, вон, тоже с акцентом разговаривал, а как его все любили. Он концлагеря придумал, колхозы внедрил, заградотряды поставил. Полстраны сидит, полстраны радуется. Красота. Местный бы ни в жизнь не додумался.

Так что вопрос происхождения весьма спорный и неоднозначный. Может, оно и хорошо, что наши мальчишки приезжие. Глаз у них свежий, рука твердая, аппетит хороший. Мы бы тут в своих родственных связях запутались, а для гатчинских мы все одно что Рязань для Батыя. Никаких сантиментов, налетели, разорили, данью обложили – ничего личного, просто бизнес. И так 250 лет… Ну, а про то, что я писал в самом начале, забудьте. Не наш это город больше. Был наш да весь вышел.