Страна души, или Почему мы из года в год выбираем Абхазию

«Зачем вам эта Абхазия? Неужели не хочется посмотреть что-то новое или поискать что-то лучшее?» — каждый год я слышу от друзей и знакомых. Но, во-первых, в Абхазии всегда есть что посмотреть. А во-вторых, с чего вы все взяли, что где-то в другом месте обязательно будет лучше?

Совдеп и грязно

Мы жили в Абхазии и в частном секторе, и в апартаментах, и в отелях. Ходили на экскурсии в квартиры и гостевые дома. Встречали и старенькие номера с повидавшими виды диванами и тумбочками, но редко. В основном все чисто, красиво, с новой мебелью и ремонтом. А в этом году и в номерах, и на территории нашего отеля, например, была такая красота и чистота, что никакая Турция не сравнится. Зато по цене это вышло в несколько раз дешевле отдыха за границей или в Сочи.

— Мои знакомые отдыхали в прошлом году в Абхазии в санатории, так туда страшно было заходить: мебель старая, стены обшарпанные, здание полуразрушенное, — рассказывала мне перед отпуском подруга, объясняя, почему они поедут куда угодно, но точно не в Абхазию.

— А зачем они поехали в такой санаторий? — никак не могла сообразить я.

Сейчас же у всех есть интернет, есть фотографии, есть отзывы, в конце концов, не так сложно спросить у друзей, коллег по работе или знакомых, которые уже бывали в Абхазии, совета, куда поехать. Сейчас мы, например, уже в который раз вернулись в отель, который нам посоветовали родители подруги дочери. Да и сами можем раздавать советы, так как много уже чего видели. Однажды нам пришлось обращаться в медкабинет в одном из чудовищных по виду санаториев. Шла по нему и думала: «Нет, в сознании сюда точно никто никогда не купит путевку». При этом вокруг этого здания было полно симпатичных отельчиков и частных домов с отличными условиями. И нет, не было в них огромнейшей разницы по цене. Просто не нужно покупать кота в мешке. И это для Абхазии очень важное правило.

Кстати, про отели. Как мы вообще пришли к тому, что пора уходить от частного сектора? Мы несколько лет активно подсчитывали все свои траты, и получалось: если самим не готовить и не лежать на камнях на пляже, отдых в частном секторе почти не отличается по цене от отдыха в отеле. Но тут, конечно, кому что нравится. Если каждый день ездить на экскурсии, то отель с полным пансионом — не вариант.

Теперь про грязь. В целом не все так критично, как это порой преподносится. На пляжах и улицах чисто. В кустах, переходах, заброшках грязно, но туда ведь можно и не ходить. Мы даже переполненных мусором помоек с крысами, как в Петрозаводске, там не видели.

«Местные жители пытаются во всем обмануть»

Очень спорное мнение. Вот уже шесть лет мы ездим в Абхазию, и, если кто и пытался нас обмануть за это время, то это были наши же соотечественники, которые либо переехали сюда жить, либо приезжают на заработки. И этот год не стал исключением.

Мы почему-то до сих пор не смогли найти в Абхазии местных фотографов, поэтому время от времени обращаемся к тем, кто на лето приезжает из России подзаработать на этом поприще. Этот год не стал исключением. Мы написали мужчине, который много лет по многу месяцев живет в Абхазии и фотографирует туристов. И, нарушив золотое правило этой страны — «не покупать кота в мешке», заказали у него, как нам показалось, интересную фотосессию. Называлась она "Фототур «Nestandart». За 10 тысяч рублей нам предлагали двухчасовое путешествие по местам, о которых не знают даже местные жители; при этом фотосессия еще должна была быть с элементами экскурсии — мечта, да и только.

Первый сюрприз нас ожидал уже в день брони. В Абхазии как раз начались проблемы с бензином, и цена на услуги фотографа внезапно выросла.

— Ок, — понимающе написала я и согласилась с новым ценником, но уже по пути на фотосессию выяснилось, что машина у фотографа на газу.

Впрочем, обманом в этом «путешествии» оказалось буквально все (кроме обещания отдать фотографии; их мы, конечно, получили), а сам процесс превратился в испытание с риском для одежды и жизни.

— Куда мы едем? — поинтересовалась я, когда начался путь.

— На локацию. Вы же заказали «Нестандарт».

— Ну, ладно. Значит, будет сюрпризом, — подумала я и представила, как мы приезжаем в мегакрасивое место, о котором не знали за годы путешествий по Абхазии. Но через 15 минут наша машина остановилась на какой-то проселочной дороге около забора с колючей проволокой.

— Ой, а в прошлом году этого забора здесь не было, — растерянно сообщил фотограф, но все равно сказал выходить из машины.

В этот момент к нам подъехала компания местных жителей, которые с явным недовольством стали интересоваться, что мы вообще там делаем и зачем приперлись. Явно перепуганный фотограф что-то пролепетал про то, что он просто ездил и вот заприметил это место (мы, кстати, так и не поняли , чем оно ему так понравилось) и, впав в ступор, продолжил молча наблюдать, как мой муж пытается погасить назревающий конфликт.

Когда местные уехали, мы сделали несколько снимков с обычным деревом у дороги и с открывающейся частью забора из бамбука, после чего сели в машину и поехали удивляться следующим местам съемок. А удивлению, надо сказать не было предела.

Вторая локация, о «которой не знают даже местные жители» оказалась проезжей частью, вдоль которой растут олеандры. Надо сказать, что в Абхазии они растут на каждом шагу. Даже около нашего отеля были шикарные кусты этого растения. Но нас потащили фотографироваться с ними на дорогу с интенсивным движением и клубами пыли от проезжающих самосвалов. На самом деле это испытание не для слабонервных. Когда кого-то одного из нас фотографировали с порядком увядшими цветами, оставшиеся члены семьи следили за приближающимися с двух сторон автомобилями, чтобы вовремя крикнуть: «Бегите». Честно говоря, было очень страшно. Но главное — совершенно непонятно, зачем этот риск вообще был нужен. Ни уникальности, ни красоты у локации не было.

— Мама, ну ты же хотела что-то нестандартное. Это нестандартно, — горько заметил сын.

Я уж молчу, что фотограф, прося нас вдыхать аромат этих цветов и подносить их поближе к лицу, как-то забыл сообщить, что олеандр — растение ядовитое. Причем ядовиты у него все части: листья, стебли, цветы, семена, древесина и млечный сок. Даже сухие опавшие листья сохраняют токсичность много месяцев

Третьей локацией стал берег реки Бзыбь. Красивый вид на горы и тотальная помойка вокруг (банки, пакеты, бумага, шприцы и т.д.). Одежду перепачкали, положительных эмоций не получили, но итоговые фото с этого места получились неплохо. Другой вопрос, что в любом другом месте они получились бы так же. Абхазия — бесконечно красивое место, здесь вокруг горы, и, чтобы сделать красивый снимок на их фоне, совершенно необязательно сидеть в куче мусора.

«Ну все, я закончил. Хотите еще какое-нибудь фото?» — уточнил фотограф, видя наши явно растерянные и грустные лица.

— У нас семейная фотосессия, а общих фото почти нет. Вместе мы только ехали на машине, спасались от местных и следили за дорогой, чтобы не попасть под самосвал, — отметила я и попросила сделать еще одно фото вчетвером.

После этого фотограф отвел нас на 10 метров в сторону и предложил сесть на грязную дорогу на фоне обычных кустов.

— Вы серьезно? — спрашиваем.

— Ну а что? Если не хотите, можете не садиться.

Мы не стали.

Конечно, эта поездка стала для нас очередным уроком. Нельзя заказывать «кота в мешке», потому что потом даже претензии не предъявить. Хотели что-то нестандартное? Это и получили по полной программе.

***

Когда мы только ехали в отпуск, от границы в поселок нас вез таксист — абхаз. Уговорил сесть именно в его машину аргументом, что обратно довезет за 2000 (за путь туда взял, как все, — 2500). Но через три дня, как я уже писала, в Абхазии грянул топливный кризис, и цены на такси резко поползли вверх. За путь из поселка, где мы отдыхали, до границы уже все просили 3500. Я и так-то не сильно верила, что тот абхаз через 15 дней нас вспомнит и сдержит слово, а в новых условиях даже мысль такую перестала допускать, но просто из интереса написала: «Добрый день. Наши договоренности про 2000 в силе?» Он ответил: «Конечно». Приехал и отвез.

Ротовирус

— А правда, что в Абхазии ротавирус? — всегда спрашивают меня и дома, и на отдыхе только прибывшие отдыхающие.

Я всегда честно отвечаю:

— Да.

Но потом добавляю:

— Как в Анапе, Сочи, Крыму, Турции и других курортах.

Где только мы его не подхватывали. В Абхазии тоже год на год не приходится. Но с собой у нас всегда есть медикаменты и медстраховка. Над последней местные, правда, посмеиваются, убеждая нас в том, что при поездках в Абхазию это пустая трата денег. В прошлом году, когда мужу понадобилась помощь лор-врача, они с интересом наблюдали за тем, как мы будем получать ее по страховке (сами они предлагали вызвать такси и отвезти в больницу, где за 1000 рублей его быстро бы осмотрел врач). Я позвонила по указанному в страховке номеру. Сообщили, что в течение часа с нами свяжутся, но никто не связался. Мы вновь обратились на горячую линию. На этот раз нам ответили: «Если вы не готовы ждать, рекомендуем самостоятельно обратиться в центральную районную больницу». И дальше был приличный список документов, которые мы должны будем предоставить страховой в случае такого обращения, если хотим, чтобы нам потом что-нибудь возместили.

Мы решили дождаться помощи страховой компании. Вечером пришло смс: «Уважаемый клиент. Получили ли вы медицинскую помощь?»

Звучало как издевательство.

— Нет, — пишем. — Не получили. Ждем, когда вы нам ее предоставите.

— С утра с вами свяжемся.

Днем следующего дня нам сообщили:

— Заявка на организацию помощи направлена нашим партнерам. Они свяжутся с вами в ближайшее время.

Через час с нами связалась какая-то девушка и написала адрес, по которому мы должны приехать, и время — до 14.00. До приема врача, который оказался совершенно в другом населенном пункте (в 20 км от нас), оставалось два часа. Мы лихарадочно начали искать транспорт.

По итогу врач нас, конечно, принял. Бесплатно. Но за такси 2 000 рублей мы заплатили, и за выписанные лекарства тоже. То есть в сухом остатке мы сэкономили 1 000 рублей, отдав за страховку 3 800. С одной стороны, совершенно невыгодно и небыстро. А с другой — ситуации бывают разные, и помощь может понадобиться разная. Поэтому каждый выбирает для себя, тратиться на страховку или нет. Нам с ней спокойнее.

Кстати, о ротавирусе: за регидроном и энтеросгелем в Абхазии теперь даже в аптеку не всегда нужно бежать. Мы начали их встречать в обычных магазинах, прямо на кассе. А тем, кто не хочет тратить время на обнимашки с унитазом и прием лекарств, в медпунктах и больницах доступна капельница. В нашем поселке в этом году за прокапывание брали 4 000 рублей.

В прошлом году страховка на семью нам обошлась в 3800 рублей. В этом году — на тысячу дороже.

«Нам там не рады»

Не знаю, кто распространяет чепуху про то, что в Абхазии не рады гостям из России. Нам шесть лет подряд все и везде были рады. Возможно, дело в настрое: если ехать с целью выискивать недостатки и ко всем и всему придираться, то радушия в ответ, конечно, можно и не увидеть.

Одни, возвращаясь из Абхазии, говорят, что больше туда ни ногой, рассказывают ужасы про ротавирус, грязь, злых и наглых абхазов. Другие, как мы, готовы из года в год возвращаться в эту удивительной красоты и очень гостеприимную страну. Ищите свое место для отдыха, и будет вам счастье.