Личный опыт

«Я эмигрантка, у меня акцент, я не замужем и у меня нет детей». Как живут россияне, которые уехали в США по туристической или студенческой визе и решили не возвращаться

Скриншот с www.youtube.com

Для многих жизнь в США — это предмет мечтаний. Но попасть туда достаточно сложно — иммиграционные визы дают нечасто. Но некоторые люди делают визы другого типа и решают остаться в стране, надеясь в дальнейшем получить легализацию. Несколько таких людей согласились рассказать о своей жизни до и после переезда. 

Александр Смирнов, попросил политическое убежище

Александру нравилось жить в России до того момента, как он совершил каминг-аут. Мужчине начали угрожать в соцсетях и по телефону, даже расписывали подъезд его дома. Из-за его признания его даже попросили уволиться из пресс-службы заместителя мэра Москвы по градостроительной политике и строительству.

— Начальница надавила на мое чувство ответственности: сказала, что если ее босс узнает о моей ориентации и публичном ее раскрытии, уволиться придется всем. Я думаю, этого бы не случилось, но тогда написал заявление об уходе по собственному желанию. Конечно, мне было некомфортно, но когда живешь так ежедневно, воспринимаешь это как часть реальности, — рассказывает мужчина.

А потом умерла бабушка Александра в Благовещенске, которая оставила ему маленькую двушку-хрущевку. Он решил продать квартиру и переехать в США, так как там уже жили его друзья.

— Для меня, 40-летнего человека, не знавшего ни одного языка, кроме русского, важны были люди, которые помогут на первых порах с адаптацией, и деньги — без них переезд бы стал авантюрой, на которую я бы в этом возрасте не решился, — рассказывает Александр.

Туристические визы он сделал вместе с мамой, чтобы ей потом было легче приезжать навещать сына. Мужчина уже знал, что будет просить убежище. На самом деле так поступают многие беженцы: сперва они въезжают в страну как туристы, а потом пытаются поменять статус.

— Я снял студию в русскоязычной части Бруклина, стал учить язык и изучать город: мы с мамой ходили на бродвейские мюзиклы, отметили мой и ее дни рождения, просто гуляли. Меня поразило, что нам постоянно попадались вежливые люди. Я не видел на улицах пьяных — не возле баров, а просто идущих по тротуару. В Благовещенске таких было в избытке. Да, в метро было грязнее, чем в Москве, но положительных моментов было больше — мне нравился Нью-Йорк, и я с большим удовольствием его изучал, — рассказывает мужчина

Мама Александра уехала из страны, а мужчина в это время легко нашел бесплатных адвокатов: в США юридические компании берут на себя обязательства по помощи людям, у которых нет средств оплатить услуги юриста. Он подготовил доказательства того, что его жизни на родине грозила опасность и перевел документы.

— Такие бумаги помогают убедить иммиграционного офицера предоставить убежище, и они у меня были — справка о задержании из полицейского участка, куда я попал после акции протеста по отстаиванию прав геев в России, заметки и интервью в СМИ. С представителями этой фирмы я встречался около 10 раз, за это время мы успели обсудить все: от моих детских лет до последних дней пребывания в России. Адвокаты не любят делать прогнозы, но сказали, что шансы получить убежище, а затем и грин-карту у меня высокие.

Мужчина подал документы в 2015 году, и с тех пор ждет интервью. Такой срок ожидания -  это нормально. Очередь из тех, кто хочет получить политическое убежище — высока. По прогнозам, к иммиграционному офицеру он сможет попасть в декабре 2017 или январе 2018 года.

Через девять месяцев после подачи заявления ему дали разрешение на работу. Он устроился работать в магазин сортировщиком орехов.

— Мне платили девять долларов в час, если я работал 40 часов в неделю. Если работал сверхурочно — за каждый «лишний» час платили в полтора раза больше. Это очень небольшие для Нью-Йорка деньги, но моя зарплата сортировщика орехов все равно была выше зарплаты работника пресс-службы в Москве, — рассказал мужчина.

Потом Александр работал продавцом рыбы и салатов. Магазин, в котором он работает, находится недалеко от Манхэттен-бич, большинство покупателей — русскоговорящие, но 15-20% — американцы. Мужчина работает по 55-57 часов в неделю, но не устает морально из-за хорошего коллектива.

— Еще один важный для меня момент: я больше не вру. Я не рассказываю всем подряд о своей ориентации, но и не скрываю ее. Если меня спрашивают, честно отвечаю, что гей, а не выдумываю нелепые истории про любимую девушку, развод или несчастную любовь, — говорит мужчина.

Александр мечтает хорошо выучить язык, получить грин-карту и пойти в колледж. Сейчас он рад делать то, что делает: в этом году к нему на четыре месяца приезжала погостить мама, и он смог оплатить ей билеты и показать лучшие Бродвейские постановки.

Светлана, осталась после программы Work and travel

Светлана приехала в США почти 10 лет назад по программе Work and travel. Тогда она просто хотела подтянуть язык и заработать денег.

— Жили мы в Сан Пит Биче, Флорида. Маленький городишка в мексиканском заливе, без небоскребов, с множеством пожилых людей. Культурный шок, конечно, был из-за улыбчивости людей, так как у нас, сами знаете, на улицах друг другу никто не улыбается.
Одним словом, я и мои подруги решили остаться. Чтобы заменить визу на студенческую, нужно было много денег, которых не было, к тому же нужно было учиться. Жениться никто не предлагал; политическое убежище делать не хотелось. Оставалось только менять визу на туристическую, так как это дёшево, но всего на 1-6 месяцев, — рассказывает Светлана.

Полгода прошли, и девушки решили переехать в большой город. Выбрали они Чикаго, хотя на тот момент уже истекли и визы, и другие документы. Они не знали, где будут жить и работать, но решили рискнуть.

— Тогда были очень популярны знакомства по интернету. Мы постоянно там с кем-нибудь знакомились. Нам написали парни из Карачаево-Черкесии, что у них есть свободная комната, где мы можем пожить. Мы, конечно, согласились. В то время, в Чикаго можно было сделать id только по паспорту и SSN. В смысле паспорт должен был быть действующим, а на визу они там не смотрели. И мы получили Id на 4 года. И пошли искать работу, — вспоминает Светлана.

Девушка устроилась работать официанткой. Официально ее статус был нелегальным, но она продолжала платить налоги.

— Сказать, что мне было страшно? Нет, не было. Только очень хотелось домой, но возвращаться, зная, что потом не пустят обратно, не хотелось, — рассказывает девушка.

Многие знакомые девушки в то время делали фиктивные браки для получения документов. Но девушка встретила настоящего супруга из Болгарии, у которого история приезда была попроще — он выиграл Green card.

— Когда мы познакомились, я была в Америке год и три месяца, он почти 3. Начали встречаться. Он сделал мне предложение и спустя 2 года мы поженились в Лас-Вегасе.

Сложностей из-за ее шаткого статуса не возникало, ведь депортируют в основном, по наводке знакомых. Они могли бы возникнуть, если бы девушка пошла учиться, либо захотела выехать из страны. С медицинской страховкой проблем не было, так как у нее она была из-за работы.

—   У меня были счета в банке, кредиты, я купила машину, т.е. могла делать много чего вполне легально.После свадьбы ждала ещё полгода, когда муж станет гражданином, и только потом подала на свои документы. Процесс занял 5 месяцев и я получила Green card, — рассказывает Светлана.

После получения заветной карты девушка первым делом полетела домой. Сейчас она живет с мужем в Лос-Анджелесе.

Яна Петрова, переехала из-за любви

Фото и имя изменены

Яна работала директором по распространению в крупном издательском доме в Петербурге и не думала что-то менять. В Нью-Йорке оказалась случайно — в гостях у одноклассницы, где на вечеринке познакомилась с Эваном.

Следующие два года они встречались в Нью-Йорке, где парень знакомил ее с родителями, приглашал пожить в свой дом в Колорадо.

— Эван и Америка нравились мне все больше: я видела, как живут здесь люди, видела, что для тех, кто хорошо работает, покупка своего дома, например, не является заоблачной мечтой — можно взять ипотечный кредит под 3% годовых. А я всегда хотела дом. Поэтому когда Эван предложил переехать к нему, я сразу согласилась. К тому же, я — дочь военного, в детстве мы много переезжали, — рассказывает Яна.

Они поженились в Колорадо и собрали документы для оформления Яны как жены. Для этого также нужны телефонные разговоры, показания общих друзей и родителей, подтверждающие наши отношения. Но потом их отношения начали рушиться.

— Я сходила с ума от безделья — бесконечно наводила чистоту в доме, готовила, даже посадила помидоры и картошку в огороде с видом на Скалистые горы. Мужа раздражала моя активность: у американцев другая ментальность, они более расслабленные — например, на то, чтобы сделать две стирки, закупить продукты на неделю и убрать дом, муж отводил себе три дня, а я справлялась за день. Ему было неловко за то, что он лежит на диване, пока я занимаюсь хозяйством, а так как я еще плохо знала язык, детально обсудить все разногласия мы не могли, — рассказывает девушка.

Потом  Эван ввязался в финансовую авантюру, потерял работу и деньги. На почве финансовых проблем у мужчины случился нервный срыв — в один из дней он сказал, что расправится со всеми, кто лишил его работы и денег, а потом застрелится сам. Девушка не стала ждать, пока он воплотит задуманное и уехала в Нью-Йорк. Она уже неплохо знала английский и владела грин-картой.

— В Нью-Йорке приютили друзья, и я стала рассылать резюме: от Conde Nast до маленьких магазинов. Мне было все равно, где работать управляющим: нужно было снимать квартиру и оплачивать счета. В итоге меня взяли на должность заместителя администратора в коворкинг WeWork — я отвечала за то, чтобы все 540 человек, арендующие у нас места и офисы, были довольны. Через полгода стала управляющим, а еще через месяц — ушла в строительную компанию, которая занимается производством и установкой воздуховодов в небоскребы. У меня не было инженерного образования, зато я закончила физико-математическую школу, поэтому в чертежах разобралась легко, — рассказывает Яна.

Сейчас девушка работает операционным директором и управляет производством. Под ее началом работает 20 человек, а  начальник в переговорах с новыми клиентами использует девушку как вау-фактор — в строительстве до сих пор работает мало женщин. Уровень жизни девушку  устраивает — он гораздо выше, чем тот, который был у нее в России.

— Мне 42 года, я эмигрант, у меня акцент, а еще я не замужем и у меня нет детей — но за шесть лет в Нью-Йорке никто не заставил меня почувствовать себя неловко по этому поводу. Отчасти дело в самом городе — здесь все откуда-то приехали, — говорит Яна.

Алена Шарандак, переехала по студенческой визе

Алена поехала в Америку по программе Work and travel — она выбрала городок Оушен-сити, штат Мэриленд. Правда, он ее не сильно впечатлил: делать было совершенно нечего.

— Я проработала там поваром три месяца, скопила немного денег и перед возвращением в Россию подарила себе неделю в Нью-Йорке. Он меня потряс! По дороге в [аэропорт] JFK я решила, что обязательно сюда вернусь, и в России взялась за дело: в августе 2011 выбрала школу по изучению английского и подала документы на студенческую визу, а в октябре — уже переехала. Поначалу было страшно: я никого не знала. Потом подружилась с двумя девушками, мы вместе сняли квартиру в конце Брайтон-бич, на Шипшед Бэй — адаптироваться стало легче, — вспоминает Алена.

Девушка перевелась в более дешевую школу английского и устроилась хостес в ресторан на Манхэттене. Это было не совсем законно — если ты студент, должен учиться, а работать не имеешь права. Она схитрила, использовав номер социального страхования, который ей дали в Мэриленде. Платили ей немного — 300 долларов в неделю.

— Помню, как смотрела на людей, покупающих в Starbucks латте за 4 доллара, и не понимала, как можно выбрасывать такие деньги, — вспоминает девушка.

Она 2 года работала на различных работах нелегалом. Девушка понимала, что нужно что-то менять, но не знала, как получить грин-карту.

— Попросить убежище? Но от чего? В России у меня все было хорошо, а врать и наговаривать не хотелось. Рабочая виза? Тоже нет, нужно было быть ценным специалистом — например, ученым или айтишником, а не экономистом, как я, которым может быть каждый второй в Нью-Йорке. Выйти замуж я всегда мечтала по любви и на всю жизнь, — рассказывает девушка.

Помог случай — девушка встретила любовь своей жизни, который сделал ей предложение. Через год она отправила документы на изменение статуса.

—  Мы сходили на интервью — американские власти лояльно отнеслись к тому, что я работала нелегально, потому что все это время я платила налоги. А еще через два месяца муж избил меня так, что я подала на него заявление в полицию и развелась. Это сильно осложнило жизнь: для того, чтобы получить грин-карту, нужно быть в браке два года. Мне пришлось начать новый кейс: уже в качестве жертвы домашнего насилия. Адвокат обошелся в 10 тысяч долларов, а ждать пришлось следующие два года — к счастью, часть денег дали родители, часть скопила сама, — рассказывает Алена.

Потом девушка решила изменить профессию и стала визажистом.

— Когда друг прислал мне объявление о том, что в Chanel в универмаг Блумингдейлс требуются визажисты, я решила попробовать. Готовилась без устали: смотрела на Youtube видео Елены Крыгиной по нескольку часов, повторяла, смотрела, повторяла снова. Моя бизнес-менеджер потом рассказывала, что на интервью ее поразило мое бесстрашие — почти без опыта, я так хотела получить эту работу, что меня взяли. Собеседования длились четыре месяца — меня проверяла служба безопасности, но документы были уже в порядке, — вспоминает девушка.

Сейчас девушка живет в престижном районе в двухкомнатной квартире, одну из комнат иногда сдает на Airbnb, чтобы платить аренду и оплачивать учебу.

— Я не думаю, что вернусь в Россию. Там человек, попавший в плохие обстоятельства не по своей вине и не имеющий связей и сил постоять за себя, может просто исчезнуть с лица земли. Здесь, когда мой муж избил меня, он был американцем, а я — никем, но закон встал на мою сторону. Ему запретили приближаться ко мне, а я год бесплатно ходила к психологу и восстанавливалась, — рассказывает Алена.

По материалам: https://losangeles.zagranitsa.com/

https://meduza.io/

Яркая Карелия в нашем Instagram